Ромашка для Терновника

Показать упрямице всё, на что способен, чтобы больше не смела молчать на мои сообщения. Чтобы влюбилась и смотрела мне в рот, как другие девушки. Может, тогда у меня перестанет рвать от неё крышу?

В общем, всё приготовил для романтичного вечера, включая презервативы, и поехал забирать Ромашку с работы.

Подкараулил на стоянке и сцапал. Какая же она всё-таки охрененная! Член реагировал на любое, даже лёгкое к ней прикосновение стойкой смирно, и недаром. Фигурка — невероятно аппетитная, ножки такие, что хочется закинуть на плечи.

Грудь прямо под мою ладонь, а запах — м-м-м, уткнулся бы и нюхал круглыми сутками.

Пока тащил к машине, немного потерся о попку и чуть не взвыл. Я уже и забыл, когда таким извращением занимался.

Привез домой с чётким намерением — трахнуть, тем более она в машине что-то лепетала про звезду — ревнует. Неумело, пытаясь скрыть от меня этот факт, но я-то не маленький мальчик, сразу всё понял. Ну а раз ревнует, значит, хочет, а раз нас, хотящих, уже двое, то тут и думать нечего — обязательно трахаться, пока не перехочется!

Дома отправил Стасю на трахательный диван, а сам сгонял в кухню за пивом и снеками.

Сейчас, после пары глотков, она расслабится, фильм ещё поставлю, почти порнушку, и будет на всё готова. Возьму её прямо тепленькую…

Ага. Размечтался. Не тут-то было! Она вырубилась! И что-то мне так её жалко стало, что даже не воспользовался Ромашкиным полусонным состоянием и не нагнул прямо в душе. Позволил принять его самостоятельно, а потом отнес сонную девочку в свою постель.

Уму непостижимо! В место, где никого, кроме меня, никогда не было! Ромашка точно ведьма!

Укрыл её одеялом и решил дать поспать. Она нужна мне бодрая и в сознании. Возьму её лишь тогда, когда буду чётко знать — Стася отдаёт себе отчёт в том, что делает.

Ушёл на диван и посмотрел-таки фильм. Не тот, конечно, под который собирался соблазнить Ромашку, боевик. Ну а потом решил: три часа поспала и хватит. Разделся догола и нырнул к расслабленной, разгоряченной, в задранной большой майке с моего плеча, ничего не подозревающей малышке и притянул к себе, впечатывая член между аппетитными половинками.

Майку стащил — Стаська даже не проснулась. Когда принялся гладить и целовать — тоже, только начала постанывать во сне, заставляя мою кровь бежать ещё быстрее, а дыхание сбиваться. Видимо, сильно вымоталась на своей дурацкой работе, бедняжка, но остановить меня уже ничего не смогло бы, даже то, что Ромашка пребывает в сладком полусне.