Ромашка (СИ)

Жемчужная дымка мягко обволакивала и давала ощущение покоя и одновременно возбужденного стремления, не привязанного к действию.

— Как тебе мой сюрприз? — Спросил туман высоким мелодичным голосом. Женским? Мужским? Не понятно.

— Сюрприз? Какой сюрприз? — Нега и полудрема не отпускали, дымка все больше укачивала и убаюкивала.

Туманный смех рассыпался хрусталиками:

— Не вздумай отказываться, пусть и будет возможность. Выбирай приграничье. Там твоя судьба.

Туман рассеялся и на смену умиротворению пришло ОНО! Тяжелой поступью отряда вооруженных гномов в Нилину голову пробралось похмелье.

— Нила, не дергайся. Давай еще поспим. — Хриплое в макушку.

Это первое, что она услышала, после того, как с трудом разлепила слипшиеся глаза и вяло помотала руками и ногами, пытаясь скинуть какие-то тяжелые предметы со своей груди и с нижних конечностей.

— Покровители, Миай, а ты что тут делаешь? — Нила с трудом отодвинула кошака и попыталась сесть в постели.

Общажные кровати не были рассчитаны на двоих и пространства возле стенки оставалось «чуть-чуть и только бочком».

Оборотень занимал большую часть спального места, еще и навалился на девушку горячим телом. Поэтому ли, то ли по причине активных «жертвоприношений» накануне, сесть хоть сколько-нибудь грациозно у Нилы не получилось.

Повозившись и потершись спиной вдоль стены, Нила все-таки приняла более-менее удобное положение и задумчиво посмотрела на оборотня, затем на соседние кровати. Горины в комнате не оказалось, кровать заправлена.

Занавесь вокруг кровати оборотницы опущена. Возможно, Дельфина еще спала.

Так, Миай в штанах, она, Нила, — в изрядно помятой форме, которую и надевала на распределение. Значит, просто спали.

Облегченно выдохнув, Нила решила разбудить засранца, который мог и бы к себе добраться, не в город же обратно идти надо было, а всего лишь этажом выше.

— Эй, Миай! Кошак, вставай! — Нила легонько потрясла мужчину, ухватив за предплечье.

— Нила, имей совесть, дай поспать! — Миай ловко ухватил девушку за талию и перекинул на пол.

 — Оооо, даааа! — Оборотень с наслаждением раскинулся на кровати. — Наконец хоть лягу удобно.

Кошачье мурлыканье сменилось на строгий и требовательный тон:

— Нила, делай, что хочешь, но меня не трогай, я и так надорвался, пока тебя в корпус нес, с тебя причитается.

«Интересно, а который сейчас час?» — Пришедшая в голову мысль была на руку практически сразу уснувшему целителю, но серьезно обеспокоила девушку.