Ромашка (СИ)

Он пробыл немногим больше рядом с ней и, кажется, дела Леса его практически перестали интересовать. Что злило. Ван не планировал ни сам оставаться, ни оставлять тут кого-то из своих. Кроме Майта.

Дела сердечные — это, конечно, замечательно, но долг превыше.

Главное, найти с кем тут связан Совет и можно ли против этого кого-то сыграть? Он был готов лично возглавить посольство, если в войне не замешан сам Гарут третий.

Итак, Сильмануэл тут. Значит, зря он подозревал брата в предательстве. Богиня, это такое облегчение, понимать, что человек, которому он доверял, как самому себе, не предавал.

Тогда кто? Кто-то из близкого окружение и из рода — в этом даже нет сомнений.

Вторая ветвь? Аринистэль на такое был способен. Но почему тогда не начал с Фаринэля? Это было бы логично.

Повод? Власть и зависть.

Зависть и жажда власти. Сколько раз он видел в глазах этого обманчиво-хрупкого мужчины черную жгучую зависть, она была настолько сильной, что скрывал он ее с трудом. Он, Ван, всегда был любимцем женщин и мужчин, талантлив, не избалован, первая ветвь.

Ван горько усмехнулся. И куда эта идеальность его завела? Под ноги человечке? Которая даже к нему серьезно не относится. Видит перед собой лишь бестолкового юнца. Ван нащупал рукой ткань платья, нырнул под него и пальцами погладил ногу девуши чуть выше ботинка. Сзади послышался вздох и Нила напряглась. Вану хотелось наказать ее за выходку, здесь и сейчас. Сильф едва сдерживал порыв, понимая, что этим выдаст себя с головой.

Сбоку кто-то зашевелился и Ван, обернувшись, на миг встретился глазами с желто-зеленым омутом. Тэй едва заметно отрицательно покачал головой. Ван прикрыл глаза и убрал руку. Как всегда: все замечает, и вовремя останавливает. Лучший друг, соратник и бывший любовник в одном лице. Ван опять мысленно посмеялся. Знала бы Нила насколько близки были когда-то Ван и Дир, положила бы спать их в одной комнате? И как бы к этому вообще отнеслась? Здесь не было недостатка в женщинах. На мужчин — любовников смотрели сквозь пальцы, но все равно такие связи не поощрялись и тщательно скрывались.

Нет, конкретно у него и Дира был, только однажды они переросли дружбу и случилось, что случилось. Их роман был недолог, но до сих пор только Дира он чувствовал, как продолжение себя. Теперь связь между ними стала другой, наверное, как у братьев-близнецов."

"Ван вспомнил тот момент, когда ему сообщили о захвате Дира.