Ромашка (СИ)

Едва прикасаясь, самыми кончиками пальцев руки повела по подушке.

Постельное белье они уже успели очистить еще днем. И Миай, и Сезарио неплохо управлялись с бытовой магией. Нила в очередной раз и позавидовала, и успела обидеться, когда над ней-неумехой по-доброму посмеялись.

Нила вспомнила встречу с эльфом, стараясь изъять из памяти и проанализировать каждую деталь.

И что же она такое забыла? Значит, и он что-то тоже не помнит? Что именно? Но он общался так, словно помнит все. Притворяется? Не похоже.

Сон. Что-то связано с той ночью, когда приехали Миай и Дельфина. Но что? И почему произошедшее не помнит она?

Нила с силой втянула воздух, зарывшись носом в подушку, на которой когда-то лежала голова Тэя. Наволочка и одеяло больше не пахли золотистым эльфом. Ее мужем.

Они пахли…

Нила расхохоталась.

Она смеялась все громче и громче, лежа на спине и держась руками за живот. И никак не могла успокоиться.

— Нила, Ниаллина! — Взволнованный голос Сезарио словно заставил девушку прийти в себя.

Из глаз девушки текли слезы. А она все продолжала смеяться, смотря широко открытыми глазами на Сезарио.

— Кажется, у нее истерика. Отойдите, мне надо ее успокоить. — Рядом с некромантом возник более массивный силуэт Миая.

Нила покачала головой, стараясь самостоятельно справиться с эмоциями и выставила руку ладонью вперед в защитном жесте, в попытке не подпустить к себе оборотня.

— Сейчас, — всхлипнула она сквозь смех.

Мужчины замерли неподвижно, не сводя настороженных глаз с девушки.

В настороженности Миая сквозило удивление напополам со спокойствием. Он еще днем успел увидеть фиолетовые искры в глазах девушки.

Сезарио же метаморфозы, происходившие с девушкой, все больше и больше настораживали. Не отдавая себе отчета, он согнул колени, принимая позу зверя, готового к прыжку.

Но разум его не видел в Ниле опасности, действуя скорее на инстинктах. И пока некромант боролся сам с собой, разрываясь между здравым смыслом и интуицией, Нила успела превратиться в ту потустороннюю сущность, что когда-то попалась на жизненном пути Майта.

Вот уж кто кричал бы «бегите!».

Но его рядом не было.

И предупредить мужчин о настигающей их опасности тоже оказалось некому.

Отсмеявшись, Нила подняла голову, поражая бледностью лица. Глаза ее отливали светящейся зеленью, волосы искрились. И она улыбалась. Чувственной, немного ехидной улыбкой.