Ромашка (СИ)

 — Негромко произнесла Нила, будто бы про себя, но и эльф, и оборотни, услышали каждую букву четко и ясно.

Тэй решил оставить данное замечание без ответа, поскольку и сам не знал, что сказать. Сезарио вызывал у него иррациональное желание набить ему лицо. Желание, которое, как ни странно, со временем не исчезло. Слишком некромант самоуверенный, слишком наглый, слишком удачливый…

И всегда мог дать Ниле больше, чем он, Тэй. Гораздо больше. Может, со временем, Тэй начнет его воспринимать как более молодую и бесшабашную версию Третьего Советника.

Но не сейчас. Сейчас он его воспринимал, как отдельную личность, которой… Которой было бы неплохо надавать по лицу. Сбить спесь.

Или хотя бы для профилактики.

Корни их соперничества уходили в то время, когда Тэй только стал рабом девушки и еще не понимал, чего ожидать от жизни и его Госпожи. А Сезарио в это время стал ее любовником…

Диритэй внутренне сжался от накатившей злости.

— Раз мы все тут собрались, предлагаю все-таки поесть. И двигаться дальше.

 — Осторожно произнес мэтр Розаро, с опаской поглядывая на мощную фигуру и подозрительно спокойное лицо Третьего Советника.

— Давайте. — Поддержала его Нила и после непродолжительной паузы добавила. — Мне есть, что сказать всем вам. Но потом, во время нашего раннего завтрака. И, Миай, ты меня прости, но, — Нила посмотрела на уже давно остывшую еду, к которой так никто и не притронулся, — пусть его приготовит Тэй.

После этих слов все, посмеиваясь, Миай — фыркая, а мэтр Розаро то и дело вытирая со лба пот, двинулись в сторону кухни и только Констант, якобы замешкавшись, задержал и Нилу.

Тэй с Миаем, конечно, не могли не заметить его маневра, но предпочли промолчать и выйти вслед за Дельфиной и Розаро.

Первым делом Констант привлек к себе девушку и жадно вдохнул аромат ее волос, а потом склонился к нежным розовым губам, с силой прижимаясь к ним своим твердым ртом.

— Я соскучился. — Мужчина замер, поглаживая спину девушки большими пальцами обеих ладоней.

Как когда-то, много-много жизней назад, когда они впервые столкнулись в центре Портэйи.

Нила понимала всю степень его сдержанности, поскольку его «несдержанность» ощутимо давила ей в живот.

— Этот мужчина, что смотрел на меня с таким ужасом и едва не испортил мне обоняние запахом своего страха, кто он? — Поинтересовался Констант, пытаясь разобраться и в ситуации и, заодно, отвлечься мыслями от гибкого и податливого тела жены в его руках.