Валерия заулыбалась:
– Вы так считаете?
– Конечно, у ребенка просто период щенячьей вздорности, он пройдет, потерпите. Моя дочь тоже не лучшим образом вела себя в тринадцать лет, но сейчас мы давно забыли о скандалах, – слегка покривила я душой.
– Хорошо бы так, – вздохнула хозяйка. – Пошли, угощу вас кофе. У меня хороший, дорогой, только купила.
С самым радостным выражением на лице хозяйка наклонилась и вытащила из стоящей у вешалки сумки большую железную банку с растворимым порошком.
– Мне врач запретил кофе, – быстро сказала я, – а вот если чайку нальете, буду благодарна.
Вы хорошо знали Алевтину?
– Пошли на кухню, – поторопила меня Валерия, сделала шаг в сторону и остановилась. – Она что, умерла?
– Кто? – дернулась я.
– Аля. Вы спросили, хорошо ли я знала Алевтину. В прошедшем времени.
– Я не знаю, что с Кулькиной, мне необходимо найти ее.
– Мы работали вместе, – пояснила Валерия, усадив меня на табуретку. – Опасно связываться с незнакомыми при покупке квартиры. Сейчас, говорят, риелторы честные, но у нас деньги появились в стремные времена, газеты постоянно писали: этого убили за жилье, того обманули.
– Не следует верить всему, что читаешь.
– Оно так, но все равно напрягает. Большие деньги в моих руках редкие гости, – усмехнулась Валерия. – Я на работе особо о своих планах не распространялась – вдруг позавидуют? Но один раз задержалась и с мужем стала по телефону трепаться, думала, никого в отделе нет, ну и обсудила с ним один вариант. Не успела трубку повесить, Аля подходит и тихо спрашивает: «Хочешь квартиру менять? Извини, не хотела подслушивать, ты громко говорила…»
Валерия тогда кивнула и по непонятной причине принялась оправдываться:
– Денег у нас как не было, так и нет, родители умерли, вот и решили…
– У меня муж погиб, – перебила коллегу Аля.
– Знаю, – вздохнула Валерия, – мне тебя очень жаль.
– Время идет, – печально продолжила Алевтина, – думала, рана зарастет, но только хуже делается. Я вообще домой зайти не могу, толкусь на службе, пока ночь не настанет.
– Чего же так? – наивно поинтересовалась Валерия.
Аля стала мять в пальцах край кофты.
– Только дверь открою, так у меня невольно вопрос вылетает: «Феденька, ты уже пришел?» Машинально спрашиваю и мгновенно спохватываюсь, прикусываю губу, начинаю себя ругать: «Дура, муж давно в могиле, пора привыкнуть». Но нет! Всякий раз одно и то же. И потом, девчонка моя совсем от рук отбилась: грубит, хамит, денег требует, решила школу бросить.
