Уж на что Коваль не была слабонервной и не боялась крови, но ее почему-то увиденное привело в какой-то брезгливый ужас, вызвало острое желание уйти отсюда и больше никогда не поддаваться на уговоры посетить подобное мероприятие.
Она встала из-за стола, провожаемая удивленным взглядом Ворона, прихватила сигареты и пошла к выходу. Хохол рванул было следом, но Марина жестом оставила его за столом, поманив пальцем Гену. Они вышли в холл, Коваль села на резную скамью и закурила. Гена стоял рядом, оглядываясь по сторонам.
– Сядь, не мелькай, – попросила хозяйка, похлопав рукой по сиденью, и он послушно опустился рядом. – Ты, смотрю, тоже не в восторге.
Лицо телохранителя скривилось в брезгливой гримасе:
– И не говорите, Марина Викторовна! Мне в свое время тоже предлагали, я ж в юности боксом занимался, разряд даже имею.
– Отказался? Почему? – с интересом спросила Коваль.
– Да как – «почему»? Противно это – мочишь кого-то на потеху обожравшимся уродам.
.. простите, – спохватился Гена, но она только улыбнулась, прекрасно понимая, что не ее имел в виду телохранитель. – Там ведь тоже кухня своя, никто не поставит двух равных по силам бойцов в один спарринг, обязательно кто-то из них заведомо слабее, чтобы кровь была, чтобы нокаут. Иначе публике неинтересно."
"– Ты знаешь, мне это все сейчас Древний Рим напомнило, гладиаторов, – сказала Марина, бросая окурок в урну. – И те, кто сидят в первом ряду перед клеткой, считают себя в праве решать судьбу тех, кто находится там, внутри.
Странно, да? Хотя, если разобраться, вся жизнь так устроена: кто-то в клетке, а кто-то в первом ряду. А иногда местами меняются...
– И главное, чтобы это случилось как можно позже! – улыбнулся Гена, вполне уловив ее мысль.
– Точно. Пойдем, а то Женька нервничать начнет. – Коваль поднялась с лавки, опираясь на протянутую руку телохранителя, и они вернулись в зал, где в клетке уже находились другие бойцы.
Белое покрытие пола было в кровавых потеках, видимо, замыли в перерыве между боями.
– Кто выиграл? – поинтересовалась Марина у Хохла, и тот небрежно бросил:
– Мамонт. Ну, здоровый блондин, Ветка еще таких любила раньше.
Упоминание о подруге было не совсем к месту, однако Коваль промолчала, понимая, что это Женька в очередной раз проверяет ее.
Тем временем раунд закончился, и по рингу прошлись две девицы с табличками в руках.
