Роспись по телу

Может, кстати, тебе удастся поговорить с самим Дмитрием об этом человеке. Или кто-нибудь из его окружения его знает или видел раньше? Словом, поручаю тебе Дмитрия и покойного Бахраха. Если узнаешь что новое – звони мне на сотовый. А позже я сообщу тебе телефон гостиницы или квартиры, где мы будем жить в Москве. Так что, Игорь, пожелай мне удачи. Сейчас я поеду домой, соберусь, мы с девочками пообедаем, и я по телефону закажу билеты на ближайший рейс в Москву.

– «Последний рейс»… – усмехнулся Игорь, вспомнив Женю Рейс.

 – Надо же, какая фамилия.

Он явно не хотел выпускать ее из своих объятий. Он понимал, что теперь остается один и каждая ночь станет для него пыткой неведения. Он будет жить в напряжении и ожидании звонка из Москвы. Будет думать о том, что происходит в Москве, переживать и рисовать себе страшные картины возможных трагедий…

Они нежно расстались, Юля поехала к себе домой, где застала в прекрасном расположении духа Гел и Женю Рейс. За время ее отсутствия они привели квартиру в божеский вид, приготовили обед и теперь, лежа на диване, хохотали до упаду над глупейшей американской комедией с участием Джима Керри.

А поздним вечером они уже сходили с трапа самолета в аэропорту Быково. Было решено устроить «штаб-квартиру» на Софийской набережной, где жила Гел. Они добирались туда на такси и всю дорогу, припав к окнам, любовались огнями ночной Москвы… Юля не спешила расспрашивать Женю Рейс о квартире в Рыбниковом переулке, чувствовала, что та о ней ни сном ни духом не ведает. Но это надо было проверить.

– Гел, у тебя прекрасная квартира! – воскликнула Женя, едва они перешагнули порог московского жилища Гел. – Могу себе представить, что ты испытала, когда тебе вручили в руки ключи…

Юля наблюдала за выражением лица Рейс, пытаясь определить, кокетство или полное неведение скрывается за этим внешним восхищением.

– Не завидуй мне, – отозвалась Гел, грустно усмехаясь. – Тебе-то хорошо, ты еще ничего не успела поиметь от него, а на меня потрачено много, значит, будет и спрос…

– Какой спрос, о чем ты? Ведь он же мертв!

– Может, и так, да только и ты почему-то боишься.

– Главное, – вмешалась в разговор Юля, – не нервничать. Сейчас вот немного придем в себя и поедем в бар. Но Гел там опасно появляться, поэтому со мной поедешь ты, – она обратилась к Рейс.

– И что мы там будем делать? Ведь если Герман там, то он увидит нас, узнает.

– Герман… – задумалась Земцова. Собираясь в Москву, она постоянно рисовала себе сцену их появления в баре.