Российская империя, XVIII — начало XX вв.

Следует отметить тот показательный факт, что эти личные характеристики Павла содержатся только в мемуарах и трудах политических противников будущего императора, в частности его воспитателя-либерала графа Н.И. Панина, российского посла при английском дворе графа С.Р. Воронцова, британского посла при русском дворе лорда Ч. Уитворта, а также первого историографа Н.М. Карамзина, получившего свой высокий пост от отцеубийцы Александра I.

Всё, что касалось морально-нравственных устоев Павла I, то, по свидетельству ряда современников, они были непоколебимы: он боготворил дисциплину и порядок, стремился быть справедливым и блюсти законность, был безупречно честен и привержен строгим нормам морали.

Неслучайно многие историки (Н. Эйдельман, Ю. Соловьев, М. Сафонов) говорили и писали, что определяющей чертой его личности и даже идейных воззрений было рыцарское понятие о чести. Этот «рыцарский кодекс чести» прекрасно вписывался в саму идею обожествления самодержавной власти и придания ей ореола особой чистоты, святости и непогрешимости, которые всячески пропагандировал и насаждал сам будущий император.

В отечественной исторической науке до сих пор продолжается спор о побудительных мотивах, которыми руководствовался Павел I при проведении своей внутренней политики. Например, В.О. Ключевский считал, что вся деятельность Павла носила «не столько политический, сколько патологический характер». Барон Н.К. Шильдер, автор первой научной биографии Павла I, полагал, что буквально все мероприятия павловского правительства были случайными, бесцельными и даже вредными для государственных интересов России.

Практически все русские историки считали, что главным побудительным мотивом поведения Павла I было желание противопоставить себя матери, переиначить все сделанное Екатериной и править наперекор заложенным ею традициям государственного управления.

В советской исторической науке (С. Окунь, Ю. Сорокин, Н. Павленко) основной акцент тоже делался на анализе личных качеств и черт характера нового российского монарха.

Но при этом считалось, что главными побудительными мотивами деятельности Павла были мания страха и мания величия. Хотя в целом, будучи нацелены на выявление классовой сущности политики Павла I, советские историки все время утверждали, что самими обстоятельствами он был принужден проводить ту же имперскую и продворянскую политику, что и все его предшественники на российском престоле, в том числе ненавистная ему мать.