В детстве мне казалось, что гинекологическая спираль похожа на спиральку от автоматической ручки, но недавно я залезла в интернет и посмотрела, как она выглядит на самом деле: медная или пластиковая т-образная деталька с усиками. Она скорее похожа на жука из моего леса, чем на что-то, что может защитить от беременности. Она вызывает тяжелое отторжение.
После аборта Светлана приходила бледная и, свернувшись калачиком, еще несколько дней лежала на диване. Она говорила матери, что чуть не потеряла сознание, когда ее скоблили.
После нескольких неудачных абортов у нее начиналось заражение, и она снова шла в женскую консультацию на повторную чистку и курс капельниц. Удивительно, говорила бабка, Светка, как кошка, ей, наверное, можно кончить на коленку и она тройню принесет. Некоторые годами забеременеть не могут, а она после стольких абортов снова беременная ходит.
Когда она лежала после аборта, бабка ходила мимо и спрашивала ее, стоили ли гулянки такой боли. Светлана зло отвечала, что это не бабкино дело.
Когда она забеременела восьмой раз, у нее появился мужчина. Они стали жить вместе в бабкиной квартире. Бабка выдохнула с облегчением, теперь все будет как у людей, сказала она. На верхней полке шифоньера она хранила приданое для Светланы: стопку новых простыней и кухонных полотенец, несколько хрустальных лодочек для салата и тяжелый короб с новыми столовыми приборами. Бабка достала из шифоньера заготовленное ею приданое и передала моему отцу, когда моя мать выходила замуж.
Полка освободилась и теперь бабка начала готовиться к свадьбе Светланы. То, что происходило между Светланой и ее мужчиной, называлось гражданским браком, о свадьбе никто не говорил, и бабка на вопросы матери отмахивалась и отвечала, что надо сначала пожить вместе и только потом жениться.
На втором месяце беременности Светлана выгнала своего сожителя. Она говорила матери, что начала чувствовать к нему невыносимое отвращение буквально сразу как залетела. У Светланы был тяжелый токсикоз, она часами просиживала в туалете, потом голодная шла на кухню, открывала холодильник и, скорчившись от запаха еды, снова бежала в туалет.
Она говорила, что этот мужчина требовал от нее заниматься сексом и хотел, чтобы она обслуживала его быт. Но Светлана, и без того неприспособленная к домашней работе, на первом месяце беременности превратилась в злобную гарпию. Темная кожа побледнела до трупного цвета, ее все время тошнило.
