Рожденная жить (СИ)

Торопиться нам некуда, поэтому на руках тащить никого не будем.　

Узнав эту новость раньше всех, и успокоившись, я с удовольствием наблюдал за ошарашенными лицами своих людей.　

Наутро меня удивило то, что к назначенному часу дети были готовы выйти и, как я понял из их оговорок, даже успели слегка позавтракать.　

Двигаясь довольно неторопливым шагом, мы отправились в путь. Через час я заметил, что дети освоились и даже начали обсуждать красоту природы. Решив узнать порог их выносливости, я прибавил темп движения.

«Новобранцы» прекратили переговариваться, но жалоб ни от кого так и не поступило. Даже девочки ровно и ритмично двигались молча. Все мои люди держали детей под наблюдением, страхуя от малейших опасностей.　

Через три часа остановились для завтрака и отдыха, но возмущений так и не дождались. Двинувшись дальше, взвинтили темп. Продолжая идти в ускоренном темпе еще три часа, я понял, что теперь мы их точно «загнали», девочки заметно устали и, перемещались неуверенно переставляя ноги.

Уже час, как юноши забрали у них мешки. Но я не понимал их молчания, никто не жаловался и, кажется, если мы не остановимся, они просто молча начнут падать прямо на ходу! Как только эта мысль пришла мне в голову, я объявил привал. Мои люди приступили к приготовлению обеда, а эти непонятные дети сняли свернутые в скатку плащи и, расстелив их на траву, просто легли рядышком друг с другом, по- прежнему не говоря не слова.　

Через час обед был готов и мы позвали «дворянчиков» трапезничать.

Поднявшись, не глядя на нас, они пошли к ручью. Честно говоря, было понятно, что дети обиделись и поняли, что мы специально ускорились, дабы показать им, что за обузу нам навесили!　

Но уже через несколько минут наше мнение о подростках резко изменилось, и события резко ускорились.　

Один из моих подчиненных, молодой и довольно несдержанный, никогда раньше не общавшийся с высокородными господами, возмущенный тем, что его проигнорировали в то время, когда он позвал ребят обедать, решил остановить проходящую мимо него рыженькую девочку, схватив ее за плечо.

Остановить его я не успел и с трудом разглядел быстрое движение графини, в результате которого молодой олух оказался лежащим на спине у её ног. Она стояла, опираясь коленом на грудь, и держала острие стилета у его горла. Следующих двух полудурков, кинувшихся ему на помощь, я не остановил уже специально, чтобы увидеть реакцию остальных детей.