Лана, не выдержав, сладкой муки, подалась вперед, и задохнулась, когда он вошёл в неё полностью…"
"Ему требовалось позаботиться о ней.
Эта потребность нахлынула вслед за оргазмом.
Как только его дыхание восстановилось, он приподнялся на локти и посмотрел на девушку. Та лежала с закрытыми глазами, её грудь ритмично поднималась и опускалась, а по всему телу блестели капельки пота.
Лана была прекрасна.
У Велеста перехватило дыхание. В его кровати перебывали сотни красоток, и после того, как они оба получали удовольствия, он либо засыпал, либо выпроваживал красавицу восвояси.
Порой после секса они начинали его раздражать. Им требовались дополнительные ласки и долгие разговоры, желательно связанные с их дальнейшими отношениями. Велесту сразу хотелось их выставить за дверь. И пару раз так и бывало. Обычно, девицы на тот момент были обнажены.
Сейчас же от одной мысли, что Лана может покинуть его кровать, ему хотелось схватить её и прижать к себе. Как вариант, привязать. Чтобы она даже не смела подумать о том, чтобы уйти.
Она его.
Моя.
Он, перекатившись на бок, и подперев голову рукой, спросил:
— Как ты?
Вторая его рука по-хозяйски легка по живот девушки.
У той дрогнули ресницы, и она открыла глаза. В них до сих пор сохранилась пелена страсти.
— Не знаю…., - честно призналась она и улыбнулась.
Мужская рука стала выписывать непонятные символы на животе Ланы, который судорожно сжался.
— Я не причинил тебе боли? — Велест критически осматривал её тело, в поисках чудовищных следов своей несдержанности.
По сравнению с ним она казалось очень хрупкой, сожми её сильнее, и она сломается.
— Если и было что-то отдаленно напоминающее боль, то я не обратила внимания, — Лана чуть приподнялась, чтобы было удобнее разговаривать. Её щеки покрыл легкий румянец. В свете канделябров, освещаемых комнату, их нагие тела было превосходно видно. И Лане стало неудобно под пристальным взглядом мужчины. Когда они занимались любовью, это одно, сейчас ей хотелось укрыться.
Она потянулась за покрывалом, но Велест пресек попытку в самом начале.
Он выглядел недовольным.
— Когда я причинил тебе боль? — требовательно спросил он. Ему необходимы были подробности.
— Велест, дай мне укрыться.
— Тебе холодно?
— Нет, но….
— Ответь мне, пожалуйста, когда я причинил тебе боль, — казалось, для него это был вопрос жизни и смерти.
Теперь волна стыдливости распространилась по телу девушки.
— Велест, ты задаешь какие-то странные вопросы….
— Я жду.
