Ртуть

Рен появился через два часа после того, как были убраны наши тарелки. Я увидела, как он вошел в таверну, его высокая фигура заполнила дверной проем, а длинные русые волосы намокли от снега. Волна облегчения захлестнула меня. Наконец-то голос разума.

Генерал Беликона сначала увидел меня, все еще сидящей в углу у огня, и напряжение между его бровей мгновенно исчезло. Когда он заметил спину Кингфишера, лицо которого все еще скрывал капюшон плаща, то расплылся в улыбке, полной такого облегчения, что у меня защемило в груди.

Должно быть, выражение моего лица было таким же, как у Рена, когда я на несколько мгновений подумала, что Фишер вернул мне Хейдена. Те несколько блаженных мгновений, когда я думала, что мой брат жив и в безопасности…

Кингфишер поднял голову, чтобы встретить своего друга, как только тот подошел к нашему столику, и на его лице появилась широкая искренняя улыбка. Он встал, и Рен крепко обнял его, хлопая по спине. Когда генерал отпустил его, держа на расстоянии вытянутой руки, он резко фыркнул и потрепал Фишера по щеке.

— Ты, друг мой, официально в заднице.

— Эверлейн в бешенстве. Она больше никогда не будет с тобой разговаривать. О чем ты только думал? — У Рена теперь было свое пиво, а значит, передо мной стояла четвертая кружка. Я и близко не чувствовала себя пьяной. Я была уставшей, измученной и раздраженной до предела, и мне хотелось вернуться в свою постель в Серебряном городе. Однако хотеть этого было глупо, а Рен пришел с новостями, так что я взяла себя в руки и наклонилась поближе, чтобы послушать тихий спор, который велся между двумя мужчинами.

— У нас был план, — шипел Рен.

— Не смотри так. Наша маленькая подружка вынудила меня к этому. Она пыталась покончить с собой.

— Лжец! Я не пыталась!

— Когда я нашел ее, она была в двух секундах от того, чтобы войти в портал без реликвии, — сказал Фишер.

Он посмотрел на меня поверх своей кружки, серебро вокруг его радужки мерцало, когда он улыбнулся мне во весь рот.

— О? У тебя было мое кольцо, не так ли? Не хочешь рассказать о том, как оно у тебя оказалось, человек?

— Это к делу не относится.

 — Я с ненавистью посмотрела на него.

Кингфишер так крепко сжал кружку, что его пальцы побелели.

— В последний раз, когда он держал в руках знаменитый меч, он использовал его, чтобы убить истинного короля и весь гребаный род Дайантов. Если Рюрик Дайант…

— Как ты только что отметил, Рюрика Дайанта больше нет. Нет смысла играть в игру «что, если», когда речь идет о нем. Беликон — король.