Ртуть

А затем создаешь препятствия и делаешь все возможное, чтобы сделать процесс как можно более сложным и трудоемким. Тебе действительно нужно определиться. Что важнее? Реликвии для твоего народа или то нездоровое удовольствие, которое ты, похоже, получаешь от того, что удерживаешь меня рядом с собой?

С другого конца стола послышался скрежет ножа по тарелке. Очевидно, он не позволил моему раздражению испортить ему ужин. Придурок.

— Уверяю тебя, наша потребность в этих реликвиях намного превосходит твою способность меня развлечь.

Но я отказываю тебе в серебре не для того, чтобы поиздеваться над тобой. Ресурсы в Калише ограничены. Обычного серебра не хватает.

— Если бы тебе нужно было золото для твоих экспериментов, мы бы не разговаривали об этом. — Я увидела, как за проклятой цветочной композицией мелькнуло основание бокала с вином, и потеряла самообладание. Наклонившись в сторону, я заглянула за центральную композицию и нахмурилась, глядя, как он отпивает из бокала.

— О, это то, о чем ты думаешь?

Моя кожа покрылась мурашками, а волоски на затылке встали дыбом.

На этот раз его голос звучал еще ближе. Его слова словно ласкали кожу на моей шее. Я сделала все возможное, чтобы избавиться от дрожи, пробежавшей по спине.

— Ренфису лучше не давать обещаний от моего имени. Но… если тебе так хочется выпить, не стесняйся, иди и налей себе.

Он сам налил себе вина? В этом я сильно сомневалась. Скорее всего, это сделал Арчер. Но я не была каким-то заносчивым высокородным засранцем, как он. У меня не было проблем с тем, чтобы самой налить себе вина.

Я встала, взяла свой бокал и уже собиралась отправиться на другой конец стола, но потом остановилась и схватила свою тарелку и вилку. Что бы это ни была за игра — усадить меня так далеко от него, закрыв нам обзор друг друга, а потом использовать магию, чтобы нежно шептать мне на ухо, — я не собиралась в нее играть.

Уголки рта Фишера дрогнули, когда я швырнула тарелку и вилку на стол справа от него. Пусть бы попробовал сказать хоть слово, когда я села рядом с ним.

Он провел кончиками пальцев по ободку своего бокала с вином и повернулся ко мне, наблюдая, как я наливаю себе неприлично большой бокал вина из графина, стоявшего перед ним.

Вино было темным, как чернила. Я демонстративно сделала глоток, встретившись с ним взглядом поверх своего бокала.

Кингфишер небрежно указал на мой бокал, когда я поставила его на стол.

— Тебе нравится? — Он говорил со мной обычным голосом. На этот раз никакой магии.

— Да.