Ртуть

Казалось, что мы были там, наверху, с ними, в пустоте, где ничто не может нас коснуться, никто не может причинить нам боль, и у нас есть столько времени, сколько нам только может понадобиться.

Он обрушился на меня, как приливная волна. Его губы нашли мои в темноте, и поцелуй затмил весь мир. Горячие и требовательные, они скользнули по моим, побуждая их раскрыться, и вот он уже пробует меня на вкус, исследует мой рот, его язык присваивает меня. Я застонала, когда кончики его клыков пронзили мою нижнюю губу. Яркий медный привкус крови наполнил мой рот, и Фишер тяжело застонал.

Он поцеловал меня еще глубже, его руки зарылись в мои волосы, дыхание участилось. Я почувствовала, как он упирается в мои бедра, его член уже стал твердым как камень. У меня свело живот.

Моя душа пылала, и мне было все равно, будет ли это длиться вечно. Пока я сгорала от страсти вместе с ним, пусть будет так.

Его клыки снова зацепились за мою губу. За кончик моего языка. Вкус крови во рту усилился, но я не отстранилась. Руки Фишера скользнули вниз по моему телу, обхватив меня сзади, пальцы впились в мои ягодицы.

Его дыхание участилось, каждый выдох сопровождался рваным стоном. Притянув меня ближе, он стал целовать меня еще крепче, вжимаясь членом в мой живот так, что я чувствовала его отчаянную потребность.

Мы были связаны божественными узами.

Я чувствовала это сейчас — яркую нить энергии, соединяющую нас, когда он обнимал меня. Если бы я захотела этого, все, что мне нужно было сделать, — протянуть руку и принять ее.

Фишер зарычал, когда очередная волна крови хлынула в наши рты, и потерял всякое терпение. Резким движением он расстегнул мои штаны и запустил в них руку, проворно прокладывая пальцами путь между моими складками.

Это было причиной, по которой он погрузил нас во тьму? Может, он скрывал доказательства нашей связи, чтобы я не испугалась ее силы, проявившейся во мне? Скорее всего, ответ на этот вопрос был утвердительным. Он не хотел разбираться с этим, пока Эверлейн не окажется в безопасности и не вернется в Калиш, и я это понимала.

Я позволила знакам скользить по мне, сосредоточившись на тепле рук и губ Фишера. У нас еще было время.

Я точно знала, что он имеет в виду. Со мной это происходило еще в Зимнем дворце. Всякий раз, когда я ощущала в воздухе его запах, мое сердце пускалось вскачь. Пустые комнаты были опасными местами. В Калише я входила в гостиную или кузницу, шла по коридору, и мне казалось, что его тень идет рядом со мной.