Но Ной охотно вызвался посидеть перед «полянкой», пока они там играют:
– Нет проблем, я побуду здесь.
Нана, кивнув, взяла меня за руку и потянула за собой. Мы вместе обихаживали своих волшебных пациентов, и она болтала без умолку. Когда мы дошли до лепреконов, всё изменилось.
– Не верю своим глазам! – воскликнула она, взглянув на Фитца, который опять вылез из кровати и возился рядом.
– Не веришь глазам – ударь по газам! – передразнил он и закружился на месте как юла.
– Если у тебя температура, я снова сделаю тебе холодный компресс!
– Холодный компресс – положите на пресс! – сразу же срифмовал Фитц.
Нана возмущённо упёрла руки в бока:
– Моё терпение кончилось!
– Кончилось терпение – закуси вареньем! – закричали с разных сторон.
К нам сбежались бородатые гномы, и пытались ущипнуть нас за ноги.
– Пойдём на улицу, здесь слишком шумно! – крикнула мне Нана. – Мне нужно с тобой кое-что обсудить."
"Я не заставила её повторять дважды – иначе лепреконы могли бы придумать ещё какую-нибудь рифму.
Один уже подозрительно показывал пальцем в мою сторону. Пока Нана ещё пыталась призвать их к порядку, я трусливо выбежала на улицу и уселась на камень. Когда бабушка тоже выбралась из сарая, косынка у неё сползла, а волосы растрепались.
– Я сказала лепреконам, что если они будут плохо себя вести, банши придётся перевести в другое отделение, – объяснила она. – Ясное дело, они этого не хотят. Так что пока затихли. – Она села рядом и глубоко вдохнула. Можно было подумать, что она просто наслаждается морским воздухом.
Но я заметила, что она напряжена. Губы у неё были сжаты, а морщинки вокруг них казались ещё глубже. Наконец она взглянула на меня. – Послушай, милая, – сказала она, – врачи хотят провести мне небольшое обследование.
Меня будто окатили ледяной водой.
– Ты опять заболела, да? – спросила я, задержав дыхание. И сразу вспомнила, как в начале года Нане сделали операцию на сердце. До этого мне ещё никогда не приходилось за кого-то переживать.
– Не волнуйся, это всего лишь профилактика, – стала успокаивать она. – Они хотят в течение двух суток последить за моим сердцем. Нужно бы давно это сделать, но ведь всегда очень много работы.
– Значит, тебя не будет двое суток! – сказала я. – Мне что, так долго придётся одной присматривать за пациентами?!
Нана решительно покачала головой:
– Нет, дорогая, это было бы слишком. Присматривать за нашим волшебным лазаретом в одиночку нельзя.
