В какой-то момент он показал, что мне нужно пройти через проходной двор. Дворовая арка была закрыта воротами, но рядом с ними имелась калитка, которая, на мою удачу, не была заперта.
Я вошла во двор, сверилась с навигатором.
Он показывал, что нужно пройти во второй двор…
Я направилась туда, прошла через очередную арку…
И застыла на месте.
В дальнем конце двора шел Максим.
Я хотела окликнуть его – но увидела, что он не один. Его вел под руку мой злой гений, тот самый человек в золоченых очках, который за последнее время попортил мне столько крови… Ну надо же, он все-таки жив! А я-то думала, что он в Неве утонул.
Злодей шел рядом с Максимом, на первый взгляд дружески приобняв его, но, приглядевшись, я заметила блеснувший в его руке нож, лезвие которого уткнулось в бок Максима.
Я юркнула за мусорный бак и оттуда следила за происходящим.
Максим плелся, вяло переставляя ноги.
Злодей подвел его к лестнице, ведущей в подвал, заставил спуститься…
Они исчезли.
Я немного выждала и устремилась следом.
Лестница упиралась в обитую ржавым железом дверь.
Я тихонько спустилась по стертым ступеням, подергала дверь…
Она не была заперта.
Я открыла дверь, проскользнула внутрь и оказалась в подвальном коридоре со сводчатым потолком.
Впереди, там, где коридор сворачивал, слышались приглушенные голоса.
Я крадучись двинулась вперед.
Скоро коридор свернул.
Я опасливо выглянула из-за угла.
Передо мной было большое квадратное помещение с низким потолком.
Из мебели здесь был только старый, рассохшийся платяной шкаф, прислоненный к стене.
Еще посреди комнаты было несколько пустых ящиков, то ли из-под вина, то ли из-под консервов. Часть из них была сложена наподобие стола, еще на одном ящике сидел, опустив голову, Максим. Руки его были связаны за спиной.
Злодей положил на стол стопку листов, в которой я узнала собранную нами часть манускрипта.
Рядом с этой стопкой он положил книгу в потертом переплете.
Возбужденно потер руки, достал из ящика два серебряных подсвечника, вставил в них черные свечи, установил на столе по сторонам от манускрипта и зажег.
По подвалу поплыл пряный, сладковатый запах.
Злодей повернулся к Максиму и проговорил звенящим, торжествующим голосом:
– Цени мою бесконечную доброту. Я мог бы убить тебя, но не стану. Я хочу, чтобы ты увидел миг моего торжества, моего триумфа.
