Захваченное в Сугдее собирались довезти до Самватаса, чтобы было, чем заполнять скучные зимние вечера. Ладно, согласен, хватит вина только до начала зимы. Дальше будем дуть медовуху.
На обратном пути срезали везде, где только можно, из-за чего чуть не попали в переплет в Каркинитском заливе. Юго-западный ветер начал усиливаться к обеду, поднимать волну. Благо был попутным, помогал быстрее добраться до Тендровской косы. Там подождали, когда, ближе к вечеру, ветер начал стихать, и погребли дальше, стараясь не удаляться от берега.
На острове Хортица удивилась такому скорому нашему возвращению. Почему-то они решили, что приплывем мы в конце лета, а то и вовсе на следующий год, как делали купцы из Хедебю, с которыми мы там встретились. Их было около сотни человек. Несмотря на то, что у Рерика Священника напряженные отношения с жителями этого города, вдали от родных мест даны были рады друг другу. Тут же организовали попойку, на которой кое-кто набил кое-кому кое-что – и стали и вовсе чуть ли не родственниками.
В начале попойки хедебюйцы рассказали, что в путь отправились в прошлом году. На морских судах добрались по Балтийскому морю до устья Рудона (Даугавы), где купили у аборигенов речные лодки, на которых поднялись вверх по течению, переволоклись на Днепр. Спустившись к Днепровским порогам, преодолели их с помощью местных «лоцманов», после чего вышли в Черное море и вдоль берега добрались по нему до Константинополя. Там за зиму продали привезенные товары, легкие и занимающие мало места: меха, поделки из кости морского зверя, льняные ткани, янтарь и заодно свои лодки.
В обратную сторону поплыли на галерах ромейских коллег, следующих на Хортицу, увозя золотые и серебряные монеты, шелковые ткани, украшения из драгоценных металлов и камней, немного дорогого оружия и доспехов. Здесь по окончанию торгов, в которых не участвовали, они собирались нанять лошадей у кочевников, чтобы по суше обойти Днепровские пороги. Затем купить у аборигенов лодки, о которых сговорились еще в прошлом году, и отправиться по рекам до Балтики, где их в условленном месте будут ждать морские суда.
В итоге мы отправились вместе, оставив вытащенные на берег дубок и лангскипы на хранение хортицким «ромеям», пообещав заплатить весной и увозя с собой паруса и канаты. Перевозчиками и заодно охранниками были не мадьяры, а кутригуры, одно из булгарских племен, чудом сохранившиеся здесь после ухода основной части их народа на территорию будущей Болгарии. Они данники хазар.
