Наверное, за успешное выполнение ее был бы награжден, повышен по службе. Получается, что зря мучился, таскаясь по степи,
- Скажешь ему в утешение, что плохой мир лучше хорошей войны, - посоветовал я.
На следующее утро послу были вручены подарки – овчины на сумму, сильно уступавшую стоимости полученного от хазар даже по ценам Хамлыха, а в Самватасе они стоили раза в три дешевле. Пусть наши враги с помощью своего ключа расшифруют, что мы считаем их тупыми и трусливыми баранами, которых надо стричь и резать, или – оптимистичный вариант – что с нас, кроме шерсти клок, и взять-то нечего.
75
В порту Констанца, который раньше носил название Томы, а сейчас – Константиана, я бывал много раз и во время первой своей «жизни», и в следующих. При этом, несмотря на сильные изменения города, как в размерах, так и в архитектуре, у меня всегда появлялось чувство, что нахожусь в забытой богом дыре. И это при том, что во все времена Констанца была не намного хуже, а порой и намного лучше соседних населенных пунктов.
Такое впечатление, что проклятие Том сбылось до того, как произнесший его Овидий попал в них. Видимо, в наказание за это поэт будет служить городу даже после смерти – стоять на площади, названной в его честь, в виде бронзового памятника, позеленевшего от тоски."
"В двадцатом веке центр Констанцы поражал запущенностью. Многие из старых и когда-то красивых домов были обшарпаны, порой с забитыми фанерой или пластиком окнами. Как мне рассказал судовой агент, после свержения Чаушеску в стране началась реституция, из-за границы вернулись прежние хозяева и забрали свою собственность.
Само собой, объявились не все сразу и по многим объектам начались и к моменту моего визита не закончились судебные разбирательства, но те, кто поселился в домах при социализме, ремонтировать чужое не желали, и городские власти не могли вмешаться, потому что это частная собственность. Впрочем, и государственную собственность тоже не спешили ремонтировать. Такие убитые дороги в городах можно было встретить только в странах третьего мира типа соседней Украины.
За редким исключением, ездили по ним автомобили румынской марки «дакия», успевшие стать развалюхами еще при социализме. Про городской пляж, куда меня занесли черти, больше некому, и вовсе молчу. Можно было подумать, что это место ссылки, где отбывают наказание горожане, не желающие ремонтировать дома, дороги и автомобили. Единственное, что мне понравилось – морской музей.
