Я уже подумал, что придется ехать пополнять запас дротиков и стрел, когда у кого-то из врагов сдали нервы, вырвался из строя, погнался за бриттами. За ним последовали стоявшие рядом. Бритты сразу помчались к противоположному краю долины, оглядываясь на скаку: гонятся за ними или нет? Гнались, пусть и небольшая часть армии франков. В засаду попала всего пара сотен вражеских всадников, самые азартные или глупые, что, в принципе, одно и то же. Остальные сделали вчера правильные выводы и углубляться в лес не стали.
Викинги помогли естественному отбору, перебив глупцов, оказавшихся в засаде."
"Еще раз в тот день выдернуть франков за собой у нас не получилось. Они бросались на нас небольшими отрядами, отгоняли, но заезжать в лес не рисковали. Подергав за усы Карла Лысого и его воинов почти до вечера, мы вернулись в Женглан. Опять пошли разговоры, что утром надо дать генеральное сражение, потому что дерганье за усы перестало давать результат, и опять я убедил не спешить.
Поняв, что вытянуть на себя франков больше не получится, я посоветовал отправить несколько отрядов бриттов в тыл врага. Один должен был угнать волов и лошадей, которые наверняка будут пастись вдали от войска. Всем животным франков не прокормиться в долине, где они встали лагерем, тем более, что она уже изрядно вытоптана. Остальные отряды при поддержке местного населения должны нападать на франков, которые отправятся добывать провиант. Не думаю, что в обозе много еды. Да и три тысячи мужиков могут сожрать за день больше, чем помешается в арбах.
Значит, придется урезать паек, а голодный солдат – это полсолдата, если ни четверть. Он думает не о победе, а где раздобыть еды. Лучникам-бриттам я приказал беспокоить ночью врагов. Люди у костра хорошо видны из темноты, где прячется невидимый им стрелок. Пусть проведут беспокойную ночь, из-за чего днем будут вялыми. Мелочь, конечно, но именно из таких мелочей и складывается большая победа.
24
Ранним утром отряд бриттов пригнал в наш лагерь стадо волов и небольшой табун лошадей, отбитых у франков.
Оказалось, что животных охраняло около десятка воинов. Наши враги, наверное, были уверены, что с тыла на них нападать не станут. У них довольно таки прямолинейное представление о войне, как будто подражают своим потомкам-рыцарям, которые тоже воевали только в открытом поле и исключительно по прямой. Часть волов и лошадей потеряли ночью во время перегона.
