Кате было неловко оттого, что большому Шатрову была тесновата Дашина прихожая, что в соседней комнате был беспорядок, а возможно, совсем не поэтому. Но чувствовала она себя безоружной и не знала, что делать и что говорить. Оказалось — Шатрову она нужна по делу. Они отвезли в больницу Анютку и поехали в областной центр.
— Куда мы едем? — поинтересовалась Катя, просто чтобы не молчать.
— В один бар. У меня там деловая встреча.
— А какова моя роль?
— Самая главная ваша роль. Дело касается вашего сына.
Он привез ее в бар гостиницы «Волна». Катя здесь никогда не была. Оказалось довольно уютно. Цветной неяркий свет мигал, подчиняясь неторопливой мелодии. Народу было мало.
— Что будем пить? — спросил Шатров. Катя пожала плечами. Кто знает, что они пьют, эти деловые люди, среди бела дня — водку, шампанское, ликер? Так вот ляпнешь и сядешь в лужу. Ей было немного не по себе. Кажется, прошлый раз она слегка перебрала. Что она плела Шатрову в ресторане? Он мог подумать о ней бог знает что.
Вообще ей не нравилась та роль, которую приходилось играть с этим человеком. Мужик, судя по всему, неплохой. А она по отношению к нему — то террористка, то ненормальная, то какая-то несчастная, почти убогая. Вот и сегодня она совершенно не представляла — какой тон взять в разговоре с Шатровым. Тактика преданного заглядывания в глаза и целования ручек была ей крайне неприятна. Однако со спонсорами, как правило, ведут себя именно так.
Марат улыбнулся, вероятно, заметив ее мучения.
— Я закажу вам апельсиновый коктейль. Здесь он замечательный.
Катя деловито кивнула. Конечно, она в свободное время только и делает, что дегустирует коктейли. Апельсиновый так апельсиновый. Себе Шатров заказал водки.
— Чем вы занимаетесь? — спросил Шатров.
Катя поперхнулась коктейлем и закашлялась.
— Я имею в виду вашу профессию, — уточнил он, с удивлением наблюдая за ней. Куда-то бесследно исчез тот кураж, который так украшал ее прошлый раз. Ему захотелось во что бы то ни стало расшевелить ее, увидеть ту Катю, которая поразила его тогда, в ресторане.
— Бухгалтер. Но работаю воспитателем в общежитии. А вы?
Катя впервые пожалела, что она не фотомодель, не актриса и не журналистка. Представься она учительницей музыки, это, пожалуй, прозвучало бы более благозвучно и придало бы ей уверенности. Она чувствовала себя так, как если бы была с ног до головы одета во все чужое. Их с Шатровым разделяла пропасть.
