Катя не скрывала своего удивления, и Ирина Львовна удовлетворенно улыбнулась.
— Да, милочка, не удивляйтесь. Мы провели большую работу касательно вас. И пришли к выводу, что преждевременно доверять больного ребенка такой мамаше. А вдруг через полгода вам в голову придут еще какие-нибудь фантазии? Мы не можем рисковать.
— Но как же так? — Кате не хватало воздуха, она теряла голос. Он вдруг утратил свою силу, стал сиплым, срывающимся. — Ведь Шурику нужна операция! Я достала денег!
— Операция — разговор особый.
Если вы внесете деньги на его лечение, сумму мы примем. Но уж полетит с мальчиком в Америку наш сопровождающий.
— Вы не можете, вы не можете… — Катя сипела, не слышала сама себя.
— Мы все можем, — спокойно возразила Ирина Львовна. — Закон на нашей стороне. А вот вы как раз не имеете ни моральных, ни юридических прав на этого ребенка. Вы что, собираетесь после операции привести Сашу к себе в общежитие? Студенты колледжа — прекрасное соседство для больного ребенка!
— У моих родителей трехкомнатная квартира, — пересохшими губами прошуршала Катя.
— Я приведу его туда.
— И подарите мальчику дедушку-алкоголика? — закончила за нее заведующая. — Как ни крути, ничего не получается, Катерина Ивановна.
Катя с силой скомкала шарф в руках.
— Вы хотите сказать, что я и потом, после операции… Что я никогда не смогу забрать Шурика?!
Ирина Львовна пожала плечами.
— Этого я предсказать не могу. Обращайтесь в вышестоящие инстанции. Возможно, там решат по-другому, в чем я лично сильно сомневаюсь.
Боюсь, вам придется побегать. Усыновляют же наших детей только иностранцы. Это я вам уже говорила.
Виталик Кириллов с завидным энтузиазмом выгуливал иностранного гостя.
— Мо-ло-ко, — старательно читал Виталька очередную вывеску и останавливался, выжидательно взирая на Филиппа.
— Мо-ло-ко, — послушно повторял Филипп. — Правильно?
Виталька, довольный, кивал. Он был необычайно горд своей миссией. Он ежедневно водил гостя излюбленным маршрутом, и прогулки обоим доставляли удовольствие.
— Универмаг. — « Виталька показал на двухэтажное кирпичное здание с высокими окнами.
— Что есть универмаг? — остановился Филипп и серьезно посмотрел на мальчика. Виталька развел руками, беспомощно улыбаясь, покрутил головой, и вдруг в глазах его вспыхнула искра.
— Пойдем!
Они вошли в шумное нутро универмага и остановились на пятачке меж стеклянных витрин.
— Супермаркет! — объявил Филипп, хитро поглядывая на мальчика.
