Русская рулетка

Селиванов же благодаря богатырскому здоровью – в свое время он служил в морской пехоте – смог быстро восстановиться. Единственным признаком недавно перенесенных травм был пластиковый шейный фиксатор белого цвета.

Селиванов с ним выглядел несколько комично. Он сидел на стуле в своем тесном кабинете, высоко подняв голову, и разговаривал едва ли не сквозь зубы.

Кабинет располагался в кирпичной пристройке, рядом с коптильней, и характерный аппетитный запах, казалось, насквозь пропитал его стены.

– Не хотел я тебя беспокоить раньше времени, – сказал Панфилов.

– Я так и понял по твоему телефонному звонку. Есть проблемы?

– Когда сможешь вернуть кредит?

Селиванов удивленно захлопал глазами.

– Какой кредит?

– Ты что, забыл? – теперь пришел черед Панфилову удивляться. – Ты же брал под закупку оборудования для мясного цеха и холодильников для торговых точек.

– Разве можно такое забыть? – криво улыбнулся Селиванов, еще выше подняв голову и запустив палец под пластиковый фиксатор.

– Ну, так как насчет денег?

Нахмурившись, Панфилов достал из кармана записную книжку, полистал ее и, найдя нужную страницу, ткнул в нее пальцем.

– Там было сто штук. А с процентами получается…

– Да я прекрасно знаю, сколько я брал и сколько там получилось с процентами. Но я же все отдал.

– Как это отдал?

– Очень просто. Выписался из больницы, за пару дней все собрал и отдал.

– Кому?

– Как кому? Ну этому, казначею твоему молодому.

Панфилов не поверил услышанному.

– Карнаухову? – переспросил он.

– Ну да. Он еще пару недель назад в больницу ко мне приезжал. Спрашивал про здоровье, то, се… Привет от тебя передавал. Сначала намеками какими-то говорил, потом – открытым текстом, что вот, мол, деньги нужны… Почему, ты думаешь, я так рано из больницы убежал? Вполне мог бы еще поваляться, подлечиться.

– И ты отдал ему деньги? – Да, все до последнего цента, – развел руками Селиванов. – Ну, это я, конечно, фигурально выражаюсь, но теперь за мной никаких долгов нет.

– Лично Карнаухову отдал?

– В собственные руки. Он в этом кабинете сидел, на этом самом месте, где ты сейчас. Все аккуратно в чемоданчик уложил, руку мне пожал и уехал.

– Какой чемоданчик?

– Обыкновенный. Кожаный «дипломат».

– Не может быть!.. – вырвалось у Панфилова.