Русское сокровище Наполеона

Но течение довольно быстрое. Оттого, что берег порос лозой, река кажется еще у´же.

«Это в последние годы так заросло, а раньше здесь ходили пароходы», — думал Сашка. Он вспомнил, как еще при жизни бабушки они с Андрюхой плыли на пароходе в Красный бор. Ему в тот год девять исполнилось, а Андрюхе больше, Андрюха в пятом классе учился. Это было последнее их лето с бабушкой, той осенью она умерла. Вспомнил, как стояли на палубе, на воду смотрели, как бурунчики белые вертелись возле винта. На берег смотрели, вот на этот самый, с излучиной Днепра и глинистым обрывом.

А вдали маленькие хатки Краснофлотской улицы, окруженные зелеными садами, церковь далеко на холме…

Эх, а хорошо ведь они с Андрюхой при бабушке жили. Играли с другими детьми во дворе, в школу ходили. Учиться было нетрудно. Они хорошо учились, случалось, и на одни пятерки четверть оканчивали. Андрюха ему задачки решать помогал, у него здорово получалось. Сашка усмехнулся. А бабушка как пятеркам радовалась! Пироги пекла, хвалила их, на пароходе вот катались.

Не так чтобы часто, но раза два-три за лето обязательно выезжали. В Красном бору сидели на берегу озера втроем — хорошо!

Сашка задумался, вспомнились подробности тех поездок: болотистая вода в озере, низко спускаются ветки деревьев… Бабушка не разрешала подолгу купаться — беспокоилась о них. Он даже засмеялся, вспомнив, как она бегала по берегу: «Саша, Андрюша, пора вылезать!» И на часы показывала. Они, конечно, не сразу слушались, пусть две-три минуты лишние, но барахтались в озере.

Никогда после бабушки никто о них не беспокоился. Когда, продрогшие до посинения, они вылезали наконец из воды, она сильно растирала каждого полотенцем. А они прыгали на одной ножке, вытряхивали воду из ушей, а потом с размаху плюхались на теплый песок. Бабушка после купания обязательно наливала из термоса горячий чай, чтобы не простыли. Пили чай с пирожками…

К родителям бабушка их с Андрюхой не пускала: те пили сильно. О родителях она и не вспоминала никогда. Это потом, когда она умерла, они стали жить с родителями.

Тяжело сначала было, потом привыкли. Сашка вздохнул. Дальше вспоминать не хотелось.

Что-то долго не идет мужик этот, как бы не скрылся. Он встал, чтобы посмотреть, из-за кустов видно не очень. Мужик не шел, зато Сашка заметил, что прямо под обрывом, на мелководье, где нет течения, в зарослях лозы копошатся несколько уточек. Вот везение ему сегодня! Это домашние, они доверчивые. Если хлеба принести, близко подойдут.