Ружемант 3 (СИ)

Три чудом уцелевших ящиков с патронами, два десятка гранат. Негусто.

«Моретти Ладро», сорок пятого уровня. Мелковат для меня, но уж что было. Привязал оружие к себе, сделал основным, чтобы не развалилось в руках после первой же очереди. Жалко расставаться с «Янтарем», но он сломан. Зато в руках Ириски маячил мой прежний «Владыка».

Военный камуфляжный комбез, за спиной рюкзак с ворованной одеждой- сменю, как только выберемся отсюда.

— Изговняешь все, что спер, малой. Подозрения вызовет сразу же: все чистенькие, и только ты как чучело.

Спорить не стал, зерно здравого смысла в словах старика было.

— Проберемся этими путями. Царенатцы их запломбировали, местами просто завалили.

— В верном направлении думаешь, малой, — Ерохин шустро сообразил, о чем говорю, — патрулируют.

— У них носик слишком чуйкий для того, чтобы здесь ходить, — ухмыльнулся тот, кого звали Соха.

Говорливый, рыжий, веснушчатый. Душа компании. Не удивлюсь, если боевой дух сопротивления держался на его энтузиазме и жизнелюбии. Третьего звали Жорыч, настоящее имя выспрашивать не стал.

Михыч злой, резкий, обидчивый. Сверлил спину взглядом, не прощая того, что оказался в захвате. Как бы не выстрелил в спину. Шел замыкающим, проверяя каждый темный угол.

У них не было нейрочипов. Классы все также скрыты от взора. Чувствовал, что это связано не с ними, с особенностями их командира.

— Значит, завалено не все.

— Есть часть туннеля, ведущая к ветке метрополитена.

— Во Вратограде было метро?

Ириска лишь пожала плечами в ответ, когда спросил. Старик понимающе кивнул.

— Не было. Его начинали строить еще до ружейной чумы. Твои братушки много наворотили. Ветка так и осталась недостроенной, на картах не обозначают. После войны немало других проблем было: отстроиться, восстановиться. К войне с Синьилаем готовились…

Вспомнились слова Вербицкого о его дипломатических заслугах на этом фронте.

— Курва эта языкастая, Вербицкий, убалякал косоглазых-то, — усмехнулся Соха, словно прочитав мои мысли.

— Язык за зубами, рядовой, — мрачно отозвался Ерохин. — Отставить пустые разговоры!

Здоровяк удрученно буркнул «есть», замолк.

— Так что же, со стороны Царената не ждали?

— А то ты не знашь, малой? Отовсюду ждали, но эти к нам с меморандумами ездили. В вечной дружбе клялись. Соха хоть и балабол, но одно верно сказал: Вербицкий тому виной. Стараниями его рода прошляпили.