Ружемант 4 (СИ)

Ната, собранная как никогда, внимательно слушала.

— Проследуете на точку эвакуации. С противником в огневой контакт во время отхода не вступать.

Она вновь позволила себе мгновение, обдумывала услышанное.

Слово взяла Фелиция.

— Что ты задумал, лейтенант? Идти на Скарлуччи в одиночку? — тон ее голоса был красноречив. Так и говорил: ты не вернешься.

Пусть так. Отвечать на эти вопросы не спешил.

— Вам попадалась техническая документация? Уже видели машину?

Фел недовольна: не привыкла, что ее вопросы смеют игнорировать.

Но ответила.

— Машину не видели. Документация? На кой черт тебе документация?

— Задокументируйте, сохраните фотокопии каждого листа, до которого сумеете дотянуться.

— Это не входило в изначальную задачу. Знаешь, на сколько растянется?

В самом деле, не подумал. Так могут быть не тысячи, сотни тысяч страниц!

— Меня интересуют страницы, где будет указано хоть что-то про образцы 10 и 124. Немедленно перешлете мне на изучение, ясно?

Фелиция ответила с ноткой недовольства. Говорить «так точно» ей приходилось нечасто…

Ждать Скарлуччи… Кто бы мог подумать, что буду заниматься подобным?

На ум шли кадры из «Рэмбо»: полуметровый нож, заточка древесных кольев, десятки ловушек для неосторожных.

Все к чертям, не было на это ни сил, ни возможностей, ни желания.

Против героя Сталлоне стояла кучка полицейских. Против меня — чудовище, способное получить в лоб из корабельной пушки и не поморщиться.

Почему одним им не выиграли войну до сих пор? И тут же понял: а разве не это пытаются сделать? Клоны, объекты, образцы, машина по наделению магическими способностями других…

Представил на миг, что на девчат из части наступают уже не привычные шагоходы и сферы с редкими вкраплениями «Драконов», а взвод «скарлуччников», обладающих способностями бронемага?

Тогда почему не завалили подобным «мясом» раньше? Ответ снова лежал в записях.

Архивы. Десятки тысяч попыток, единицы успешных образцов. Предписания, указы и приказы. Вит не понаслышке узнал, что означают отказы.

Ввиду малого выхлопа и огромных затрат проект прикрывали, не давая шансов на продолжение. Ученые, работавшие здесь еще недавно, с каждой записью все смелее излагали мысли на полях. Их ждал перевод на иные проекты. Ведущего ученого — насмешки и позор. Безумность Вита обретала новые очертания: не так уж и безупречна его репутация в царенатском обществе.

Обошел завал, как и собирался прежде. Комната, широкая дверь — такую делали не под человека. Под великана.