Были ли у нее иные бойцы, украденные Москвой? Рухнувшие с почетом отличия в роскошь прежней жизни.
Еще раз глянул в окно. Кто из этих девчат был в Москве? И сколько из них мечтают просто вернуться домой?
— Помнишь, говорила про рейд?
— Я весь внимание.
Бейка с каждым словом подбиралась ближе. Как кошка, вымеряла каждый шаг.
— Я хочу снять проклятие.
В мозгах помутнело. Переспросил, возмутился.
— Снять проклятие? Ты для этого искала ружеманта, собирала здесь девчонок?
Из головы не шла сцена, где отважно, зная, что бесполезно, каждая метила Скарлуччи булыжником в глаз.
Чтобы оставил Бейку в покое. Вот, значит, чего боялась Белка? И была права?
— Сбавь тон, рядовой. Я хочу снять проклятие, а не бросить воинскую часть на произвол судьбы. Не хочу, чтобы все зависело только от меня. Ты спрашивал меня о рабстве и свободе? Так позволь мне подарить свободу всем остальным. Не связанная проклятием, я могу пойти выше.
— Хочешь быть аристократкой? Пить вино, плясать на балу?
— Интересные у тебя представления о том, чем занимается элита.
Нет, Потапов. Я хочу урвать кроху власти, сменить несколько законов, освободить тех, кто счастлив лишь потому, что дожил до сегодняшнего дня. И не пустить в эту мясорубку многих. Ты совершил большую провинность, рядовой?
Большой в той ситуации была лишь задница Вербицкого, но я скромно умолчал.
— Ты слышал истинную историю Белки? Не ту, что она рассказывает всем, настоящую?
Кивнул: Влада просветила.
— Девчонку обрекли на десять лет. Ты правда считаешь, что она украла хотя бы на неделю пребывания в Понасенково?
Не ответил, промолчал. Не считаю.
— Хочешь ее вытащить? Вытащить отсюда тройняшек, Владу, Айку — всех? Я хочу и пытаюсь.
— И как в этом поможет рейд?
— А вот это правильные вопросы, рядовой. Наконец ты спрашиваешь нужное. Мы не будем притворяться Витом Скарлуччи и штурмом брать укрепрайон. А вот ограбить его личный особняк совсем другое дело…
Чуть не поперхнулся, уставился на нее полным удивления взглядом.
— Сможешь воочию увидеть, как и чем живет Царенат.
— Я не знаю итальянского. — Оправдание было слабым. Звучало так, будто я попросту не хочу лезть в осиное гнездо.
— Тебе и не придется. Освоишься по ходу дела, будешь соответствовать легенде. В конце концов, ты единственный, кто сумел оторвать Скарлуччи руку голыми руками. Справишься.
Ее слова вселяли уверенность даже в самые сумасбродные идеи.
