Он заключил ее в объятия, и она, прижимаясь к нему, сказала:
— Мне приснилось, что ты ушел, что тебя нет здесь больше, что ты покинул меня!
Гладя ее по голове, он тихо сказал:
— Я тебя не покину: я останусь здесь с тобой навсегда! Дуглесс потребовалось время, чтобы смысл сказанного вполне дошел до нее. Затем она приподнялась и посмотрела на него.
— Это правда, Николас? — медленно, как бы не веря своим ушам, спросила она.
— Я… — начал он и, запнувшись, тяжко вздохнул: ему было так трудно это выговорить! — Я не хочу возвращаться, я останусь здесь! — произнес он.
И, глядя на нее, добавил:
— С тобой!
Уткнувшись ему в плечо, Дуглесс залилась слезами.
Он ласкал ее и, смеясь, говорил:
— Так ты, наверное, горюешь из-за того, что я решил остаться, и ты теперь лишена возможности вернуться к этому твоему Роберту, одаривающему детей бриллиантами?!
— Да нет, просто я плачу от счастья! — отозвалась она. Он вытащил из коробки на прикроватном столике бумажную салфетку и, подавая ей, сказал:
— Вот, на! Кончай плакать и лучше расскажи-ка мне об Америке! — Потом, искоса глянув на нее, добавил:
— И еще расскажи мне об этом твоем дяде-короле!
Высморкавшись, Дуглесс с улыбкой сказала:
— А я и не знала, что ты тогда это расслышал!
— А что такое «ковбой»? — спросил он.
— И что такое «паспорт»? И что это еще за «Большой Канон»? И не надо так далеко отодвигаться от меня!
— Не «Канон», а «каньон», — поправила его она и, плотнее прижавшись к нему, принялась рассказывать об Америке, о своем семействе, о дяде, женившемся на принцессе и теперь вот являющемся королем Ланконии.
Утренний свет уже начал проникать в спальню, а они все продолжали строить разные планы. Называя дядю «Джей Ти», Дуглесс, насколько могла доходчиво, объяснила Никола-су, что для того, чтобы он смог полететь с нею в Америку, ему понадобится паспорт.
— Зная дядю Джей Ти, я не сомневаюсь, что для начала он пожелает, чтобы ты посетил его в Ланконии и он сам бы на тебя посмотрел. Но ты ему наверняка понравишься!
— А его королеве? — спросил Николас.
— Это тете Арии, что ли? Ну, как тебе сказать? Временами, конечно, она бывает малость пугающей, но в общем-то — совершенно замечательный человек! — отозвалась Дуглесс и, улыбнувшись, продолжила:
— Когда мы все были еще детьми, она обычно играла с нами в бейсбол. У них шестеро детей. А еще у нее проживает одна престранная подружка по имени Долли — она обычно бегает по всему дворцу, натянув на себя джинсы, а на голову надев корону.
