Физиономия его казалась выкроенной из цельного куска кожи, а когда он приоткрывал рот, были видны его гнилые зубы. Он оглядел ее с головы до пят, уделив при этом особое внимание ногам в колготках, потом ухмыльнулся и опять плотоядно покосился на нее, демонстрируя свои отвратительные зубы.
Дуглесс поспешно отвернулась от него и быстро зашагала по дороге дальше. Дорога же становилась все хуже и хуже, колеи сделались еще глубже, и повсюду было полно навоза.
— Неужто у них, в Англии, теперь используют навоз для выравнивания дорожного полотна? — бормоча самой себе под нос, задумчиво спросила Дуглесс.
Дойдя до вершины небольшого холма, она остановилась и посмотрела вниз. Впереди виднелись три небольших домика, скорее маленькие хижины, с крытыми соломой крышами, а перед ними были ничем не засаженные участки земли, на которых копошились вперемешку дети, куры и утки. Какая-то женщина в длинной юбке вышла из одной хижины и прямо у порога выплеснула на землю что-то из круглого сосуда.
Решив спросить у женщины дорогу, Дуглесс стала спускаться с холма. Но по мере приближения к деревушке шаг ее становился все более медленным: она чувствовала, что от этого места исходит отвратительный запах. Вонь шла абсолютно от всего: от животных, людей, от гниющих где-то пищевых отходов, от куч навоза! Зажав ладонью нос, Дуглесс старалась дышать только ртом. Право же! — посочувствовала она, — английским властям все-таки следовало бы что-то предпринять — не могут же люди существовать в таких условиях!
Пытаясь, насколько это было возможно, не слишком пачкать туфли, что, впрочем, не очень-то ей удавалось, Дуглесс приблизилась к первой хижине.
Ребенок годиков трех, одетый в грязнющую рубашонку, стоял и таращился на нее. Вид у несчастного был такой, будто его не мыли, по крайней мере, год, и штанишек на нем тоже никаких не было. Дуглесс мысленно дала самой себе слово, что, как только уладит все дела с Николасом, обязательно напишет жалобу по поводу санитарного состояния деревушки — это же просто-напросто опасно для здоровья!
— Извините, пожалуйста, — произнесла она, заглядывая в темные недра хижины.
Внутри, похоже, запах был не многим лучше, чем снаружи! — Эй! — позвала она. — Эй, есть тут кто-нибудь?
Ответа не последовало, но Дуглесс чувствовала, что за ней наблюдают. Повернувшись, она увидела за спиной трех женщин и возле них пару ребятишек.
