Рыцарь Ордена

– А, – махнул я рукой. – Пошли за покупками, а завтра видно будет. Как говорят у меня на родине: утро вечера мудренее.

Мы вышли на улицу. Рон, как ему и было сказано, ждал нас у входа.

Из Сердама мы выехали на рассвете. Вручив Рону деньги, я велел ему немедленно возвращаться. Послушался он, как же. На своем боевом трофее спокойно ехал за нами в некотором удалении, не приближаясь, но и не отставая.

Решив пока не обращать на него внимания, я огляделся по сторонам. Мы недавно пересекли границу с Тевтонией. Мне вспомнились занятия с Мастером.

Все то, что он рассказывал об этой стране.

Впрочем, назвать Тевтонию единой страной было нельзя. Бароны, каждый из которых имел собственный, хорошо укрепленный замок, вполне могли себе позволить свысока поплевывать на королевскую власть. А самым любимым их делом была война. Облачившись в доспехи и собрав отряд, барон, не забивая себе голову поиском подходящего повода, нападал на замок соседа. Ну захотелось человеку немного развлечься, воинскую удаль показать.

А там и осада замка начиналась. Другие бароны предпочитали в драку не вмешиваться, если только их не просит об этом одна из сторон. Но те такую просьбу считали ниже своего достоинства, уверенные, что легко справятся сами.

Осада могла продолжаться довольно долго, хотя редко больше полугода, и в случае победы осаждавших замок переходил новому владельцу. В этом случае победитель и побежденный, как два старых друга, встречались в завоеванном замке. Они обнимались, высказывали друг другу комплименты по поводу умелой осады, достойной легенд, или героической обороны, достойной баллад.

Дальше бывший владелец устраивал для победителей пир. Выкатывались из подвалов бочки вина, доставалась разная снедь, приглашались соседи. После чего в течение нескольких дней шла грандиозная попойка. Припасов не жалели, да оно и понятно: зачем побежденному жалеть припасы замка, если они ему уже не принадлежат? Часто так случалось, что после нескольких дней беспрерывных возлияний победитель с трудом собирал свой отряд, вежливо прощался с гостеприимным хозяином и отбывал домой в полной уверенности, что всего лишь приезжал в гости к лучшему другу. А если замечал вокруг замка остатки осадных работ, то был совершенно уверен, что какой-то негодяй, враг рода человеческого, посмел напасть на его лучшего друга, а он пришел ему на помощь. После того как остатки винных паров улетучивались из головы, барон бывал крайне недоволен тем обстоятельством, что не удержал замок.