Рыжая проказница

— Тогда, быть может, если ты станешь смотреть на этих мужчин скорее как на друзей, чем на женихов… — Он замолчал, заметив сомнение на ее лице, но, сделав над собой усилие, предложил: — Или, вероятно, мы могли бы помочь тебе сохранить спокойствие, и ты не будешь заикаться, когда они приедут.

— Как?

Отец задумался, и его рука бессознательным жестом потянулась к стоявшей перед ним кружке с разбавленным элем, который он очень любил. Он поднял кружку и внезапно замер, уставившись на дочь. Глаза его широко раскрылись, брови поднялись, и он произнес уверенно:

— С помощью выпивки!

— С помощью выпивки? — с удивлением повторила Эверилл.

— Да. От выпивки мужчины всегда становятся разговорчивей и веселей. Она и на тебя подействует таким же образом.

— Ах, отец… — с ужасом попыталась возразить Эверилл.

Отец не услышал ее и поспешно продолжал:

— Мы попробуем проделать это при первом же удобном случае. Я подумаю, к кому нам подъехать следующему, а потом, как только он будет здесь, мы дадим тебе выпить стаканчик-другой нашего лучшего виски прежде, чем он с тобой встретится, и… — Он вдруг встал.

 — Я должен пойти просмотреть тот список мужчин, которые потеряли жен или никогда не были помолвлены, и выбрать из них самого лучшего, чтобы попытаться. О, это великолепная мысль! Жаль только, что она не пришла мне в голову раньше.

Отец поспешил удалиться, чтобы найти письмо, присланное его другом Нейтаном. Эверилл в ужасе смотрела ему вслед. Его волнение можно было сравнить только с ее огорчением.

Худших идей ему еще не приходило в голову. Заставить ее выпить, чтобы успокоить нервы при встрече с женихами? Сдержанной, как камень, она становилась в тот момент, когда они при знакомстве с ней начинали вести себя оскорбительно. Если от алкоголя она станет держаться развязнее, она скорее всего даст волю чувствам и не сможет сдерживать себя.

Эверилл положила на стол кусок хлеба. Она не знала, все ли рыжеволосые люди имеют необузданный нрав. Но ее мать Маргарет вбивала ей в голову с колыбели, что ни в коем случае не следует идти на поводу у собственного характера, и самой ей удавалось держать себя в узде всю жизнь.

Даже ее муж, отец Эверилл, ничего не знал о горячности леди Маргарет. Как и мать, Эверилл тоже всегда контролировала свой нрав. Даже когда последний претендент фыркнул ей прямо в лицо, сказав, что он никогда не женится на рыжей дьяволице, у которой на лице отметина сатаны и куриные мозги, — даже тогда Эверилл сдержалась.