То есть?
До меня начинает доходить, что я стала жертвой собственного воображения, приписав имени образ пожилого дядьки, а на самом деле все обстоит не так.
– Так это вам массаж и поставить…? – теряюсь я. Непохоже, чтоб этому бугаю требовалось ставить обезболивающий укол.
– Да что ж тебя все не устраивает, как стоит? – звереет мужчина. – Нормально он стоит. Сейчас убедишься!
– Да нет, я верю, – все-таки отбираю свою конечность и прячу ее за спину подальше от греха, в прямом смысле слова. – Просто мне сказали, что снимут скоро, а у вас все снято.
Совсем все…
На мужике реально нет гипса, и даже на вид его недавно не было. Уж кому как не мне знать, как выглядит нога после того, как снимают гипс.
– Какой кошмар! – язвит Демьян Федорович, все еще удерживая меня за капюшон. – Опоздала на стриптиз. Соболезную. Ничего, зато я успел.
Это заявление меня тревожит. Никакой стриптиз я показывать не собираюсь. Более того, даже если бы и захотела, то сейчас я в абсолютно не подходящем для этого виде. У меня под джинсами и свитером практичное термобелье, совершенно лишенное даже намека на эротизм.
Ну если только кто-то не ностальгирует по советским гамашам.
Блин, в конце концов, мы так и будем тут на полу в прихожей выяснять отношения? Некоторым определенно не помешает прикрыть срамоту, потому что у меня ощущение, что я скоро окосею, стараясь не пялиться на мужской обвес.
Я совершаю еще один рывок в попытке высвободиться из хватки «пациента», прости господи, и, разумеется, все кончается трагично.
Я снова заваливаюсь на Федоровича и попадаю ему локтем под дых.
– Да за что мне это! – ругается он, стряхивая меня. – Дамочка, вы уйметесь или нет? Вас, что, мои конкуренты прислали? Сходил, блядь, в баню…
– Так! Демьян Федорович, спокойно! – кряхчу я. – Я от Антонины Ивановны, но, как я вижу, вам мои услуги не требуются!
– Это смотря какие, – намекают мне.
– Сиделки, – сурово отвечаю я, когда мне наконец удается принять нормальное положение и накрыть товарища курткой.
Только Демьян Федорович тоже передумывает сидеть на полу.
Одному, видимо, не так интересно. Он поднимается, вырастая надо мной как утес над деревцем.
– Рыжая, ты меня бесишь. Но если ты расширишь спектр и предоставишь мне услуги лежалки, то я тебя не придушу. Или придушу, но тебе понравится.
– Вы и Антонине Ивановне такое предлагали? – ахаю я.
Каков наглец! Прям разбежалась и разлеглась! Ага!
– Не предлагал, но она и не сомневалась в моих способностях, – отвечает охамевший Демьян Федорович.
