— Сава?
— Сам скажу, — кивнув супруге, мужчина глухо начал: — Яра, у нас с тетей есть обоснованные опасения, что Харуко прекрасно осведомлена об опытах твоего отца. Данные на компьютере удалось восстановить. Как и предполагалось, сохранились видео экспериментов. Я их просмотрел, — он скрипнул зубами. — Вот, перед вашим приходом включили с Тамарой последнее. Немного до конца осталось, — мужчина умолк, а мое сердце часто-часто застучало где-то в горле. Нервы натянулись как струна. — Судя по текстовым файлам с расчетами, Владимир отказался от идеи создания стандартного артефакта.
В течение полугода брат, — мужчина стиснул зубы, за его скулах заиграли желваки, — вживлял тебе в живот пластины турина. Слой за слоем, пока не закрепил верхние в разрезах на коже. К счастью, ты была под наркозом, и помнить этих процедур не можешь, — на сжатых кулаках нейрохирурга побелели костяшки. — Похоже, по замыслу Володи, ты должна была стать уникальным живым артефактом.
Вначале измениться сама, а потом даровать вечную юность и гениальность, — он отвел взгляд и снова замолчал. Разлившееся по комнате напряжение давило, мешало дышать.
А я ведь прекрасно помню — сейчас ничего инородного на моем животе нет. Что же произошло? Интуиция просто вопила: ответ есть, и он очень близко! Мне нужно знать!
Вскинув подбородок, твердо попросила:
— Я хочу увидеть минуты перед пожаром. Видео ведь сохранилось?
Дядя помедлил, но кивнул.
— Яра, мы тебя очень любим и дорожим твоим спокойствием, — заговорила Тамара Валерьевна.
— Может, потом когда-нибудь? День суматошный, да и ты со школы только, — она, очевидно, давала мне шанс избежать чего-то крайне неприятного, но я перебила:
— Включите запись.
Савелий Андреевич нажал пару клавиш на клавиатуре. Повернув монитор к нам со Светой, щелкнул по кнопке мышки, запуская воспроизведение.
Уже знакомое помещение лаборатории. Светловолосая девушка в длинном темно-синем махровом халате остановилась прямо напротив камеры.
Позади нее виднелись очертания еще не погибшего в огне медицинского стола, поблескивали металлом целехонькие приборы.
Я вгляделась в лицо девушки, отмечая поразительное сходство. Да вот только, как ни старалась, себя в ней не узнавала.
Зло подергивая верхней губой, Ярослава нервно откинула за спину растрепанные волосы."
"— Какое же ты ничтожество! — ее пронзительный голос резанул по ушам.
