Женщина миниатюрна, выглядит безупречно, несмотря на ночь, темные волосы уложены прядка к прядке. На лице властное выражение. Сложилось четкое впечатление, что она привыкла руководить.
Может, по мою душу нейрофизиологи? Вот бы послушать, о чем пойдет разговор!
В это же мгновение до меня долетели звуки речи. Не веря в происходящее, ошарашенно замерла. Неужто начались слуховые галлюцинации? Но нет, невзирая на значительное расстояние и запертую дверь, я действительно отчетливо слышала.
— …только из уважения к вам.
Надеюсь, причина вызвать нас обоих посреди ночи веская, — несколько раздраженно проговорила женщина. — Савелию Андреевичу с утра на сложную операцию, — она сердито поджала губы.
— Более чем, Тамара Валерьевна, — уверенно сообщил дежурный реаниматолог.
— Что тут у вас стряслось? — довольно миролюбиво прогудел спутник суровой женщины. Повернувшись к окну в палату, прищурился. Он явно смотрел на меня.
Я прекрасно понимала, что нахожусь в тени, и стоящий на свету мужчина видит лишь мой силуэт.
Однако застыла недвижимо и внутренне сжалась. Почему-то мне казалось, что такое умение явно ненормальное.
Тем временем Тамара Валерьевна тоже бросила взгляд в окно. Неодобрительно качнув головой, она нахмурилась и строго спросила:
— Почему не нуждающийся в реанимации пациент не переведен в общую палату?
— Из-за этой поразительно бодрой девушки я и попросил так срочно вас приехать, — не выказывая нервозности, отозвался Евгений Петрович. Повернувшись к столу, взял тоненькую стопочку листов.
Затем начал докладывать: — Пять часов назад пациентку в защитном куполе доставили к нам спасатели. При визуальном осмотре мною установлено наличие глубоких ожогов на площади восемьдесят процентов. Согласно протоколу, экстренно поместил ее в поддерживающий раствор. Приготовился лить, но не смог катетеризировать. На этом лечение закончилось.
Боясь лишний раз шелохнуться и привлечь к себе внимание, я всматривалась в застывшие от удивления лица ночных посетителей и пыталась уложить в голове услышанное.
Как такое может быть?!
Меж тем, выдержав паузу, Евгений Петрович сухо продолжил:
— Ни единого препарата ввести не удалось: в месте соприкосновения с кожей иглы ломались. В момент помещения в лечебную капсулу я успел сделать поверхностное диагностирование энергетических каналов. На этом все, в дальнейшем тело девушки стало для наших приборов незаметным. Они работают исправно, однако ее не видят.
