У него руки… совсем не рабочие, и слишком дорогие ботинки. И с Митрофановой все более или менее понятно, – выговорил Алекс, стремясь отделаться от мыслей о ненависти и кислоте. – Она позвонила, когда ты был рядом с ее домом, и ты быстро придумал сценарий убийства. Ты подъехал к ее дому, увидел машину Берегового и понял, что можно все свалить на него. А собаку ты всегда с собой возишь?
– Всегда, только на работу не беру, конечно.
– Почему она бегала возле дома? Я же ее видел! Ты не мог ее выпустить! Потом пришлось бы загонять обратно, а тебе время терять было никак нельзя! Почему она выскочила из машины?
– За кошкой, – буркнул Стрешнев.
– Дура. Всему научил, а за кошками все равно гоняется!
– У Анны Иосифовны точно такая же собака. И у Надежды Кузьминичны. Это директриса тебе ее подарила?
– Да, чтоб им обоим сдохнуть! Она считала, что я… одинокий мальчик! А ее сука как раз принесла этих… как их… кутьков! Она всем и раздавала! Все добренькой прикидывалась!
– Митрофанова тогда открыла дверь не глядя, потому что была уверена, что пришел кто-то из вас, ты или Маня.
Она не должна была тебя видеть, и ты одновременно позвонил в дверь и на ее домашний телефон. Она открыла и повернулась, чтобы ответить на звонок. Ты стал ее душить. У тебя что, не оказалось с собой ножа?
– Не оказалось, – признался Стрешнев. – Стал бы я ее душить, если б у меня был нож! Душить я не умею.
– На домашние телефоны, как правило, никто не звонит, кроме родственников и близких друзей, – задумчиво продолжал Алекс.
– И это не могло быть простым совпадением. Слишком уж невероятная случайность, что позвонили именно в тот момент, когда она открыла дверь! И к ней никто в тот вечер не собирался, кроме тебя и Поливановой. Я сразу понял, что это кто-то из вас двоих, или ты, или она. И сумка на кухне! Ты думал, что задушил ее, и решил подкинуть пропуск – если будут искать, найдут два, и это еще больше все запутает. И еще запонки. Ты ведь тоже носишь запонки!
– А эта идиотка из русской прозы, – подхватил Стрешнев, – которая фотографии выложила, решила, что митрофановские! Катерина носит запонки, и я тоже! Если б я Митрофанову убил, никто бы не докопался! Но влез ты!.
. На какой помойке бабка тебя выкопала?! – Он вдруг наклонился вперед и схватился за голову. – Зачем?! За что мне все это?! Ты мое проклятие, понимаешь?! Ты должен был сгинуть давным-давно, а вместо этого!..
Он вдруг резко поднялся и пошел на Алекса. В глазах у него плескалось безумие.
