…Душили? Митрофанову пытались задушить?! Вот только что?! Совсем недавно?! Пока он бродил по улицам, потеряв в собственном кармане бумажку с ее адресом?!
– Не звоните никуда, – велел он громогласной женщине, которая настырно тюкала кнопки телефона, и она воззрилась на него с изумлением. – Помогите мне! Где кухня?..
Он поднялся, закрыл окно и взял у Стрешнева стакан.
– Вы будете это допивать?
Тот покачал головой.
– Нет, я не поняла, почему не звонить-то?! – спросила женщина.
– Я вам сейчас все объясню.
Подталкивая ее вперед, очень неловко, Алекс вышел на кухню и прикрыл за собой дверь.
– Мне нужен мед, лимон и виски. И чай, лучше всего какой-нибудь травяной. Вы не знаете, где чай?
– Вы кто?!
Алекс забрал и ее стакан и аккуратно вылил содержимое обоих в раковину.
– Меня зовут Алекс, я работаю в издательстве «Алфавит» вот уже… несколько дней. – Он открывал и закрывал створки старинного буфета, самодовольно выпятившего потемневшее от времени пузо. – А вас?
– Нет, а откуда вы взялись-то здесь?! Или вам Митрофанова тоже позвонила?!
Алекс нашел коробку с чаем и теперь рылся в поисках меда.
– А вам она позвонила?
– Нет, я сама! – с вызовом сказала женщина и тряхнула головой. – Позвонила! И она попросила приехать! Чего вы уставились-то?! Это рис, вы что, не видите?
– Мне нужен мед.
– В холодильнике мед!
Она прошла мимо, очень высокая, намного выше его, – в буфете задрожали и запели бокалы на высоких юбилейных ножках, – распахнула какую-то резную дверцу, за которой, о чудо, оказался холодильник.
Она подала ему малюсенькую увесистую баночку и съежившийся то ли от времени, то ли от холода лимон.
– Чего вы еще просили? Виски, что ль, вам?
Алекс кивнул, заваривая чай. Она пожала плечами, куда-то вышла и вернулась с бутылкой.
Он налил в большую кружку виски, довольно много, выжал половинку лимона и ложкой, очень аккуратно, стал накладывать мед.
– Что здесь стряслось? – спросил он, не поворачиваясь.
– Я толком не поняла, – тихо сказала женщина. – Мы с Сашей приехали. Катя ему позвонила и была в очень плохом настроении.
Сегодня в издательстве вышла ужасно некрасивая сцена, я даже не ожидала!.. Володя Береговой шумел, и как-то очень… – она поискала слово, – очень страшно. Катя его уволила, и он кричал что-то ужасное! А слышали все, понимаете?
– Понимаю, – согласился Алекс. Он наливал в кружку чай, сосредоточенно глядя в самую середину чайной воронки.
– Я позвонила ей, а она Саше. Мы приехали…
– Вместе?
– А?.. Нет, сначала я, потом он подъехал.
