Сабля, трубка, конь казацкий

Глядя на их нехитрые забавы, я неожиданно наткнулся на идею. Рисковую… Но, как говорится, другим шампанское не подают. Идея требовала проверки. И немедленной, пока большая часть разбойников все еще была на глубине.

Взмахнув руками, я взвизгнул и бултыхнулся, вздымая целую тучу брызг. Причем упал так неловко, что умудрился повалить еще двоих гребцов, на свое несчастье, стоявших слишком близко. А под водой хватался за них, как утопающий за соломинку. И сам не выныривая, и им мешая.

В общем, когда остальные все же ухитрились нас как-то разнять и вытащить, и я, и мои соседи так наглотались воды, что едва живы остались.

– Вот недотепа, – Ворон почти дословно повторил характеристику, выданную мне Полупудом. – И чего ж тебе, паныч, дома-то не сиделось? Одна морока. Честно говоря, начинаю сомневаться, что сто цехинов достойное вознаграждение за труды. Одно тешит – что купивший тебя намается еще больше. Держись за меня и двигай уже на берег…

Да я и сам уже накупался по самое «не хочу», но задуманное требовало еще одного погружения.

Понимая, что промедление может все испортить, я кивнул, сказал: «Хорошо», и тотчас упал.

Черт! У Ворона оказалась молниеносная реакция и железная рука. Которой он сграбастал меня за шкирку и потянул обратно. А я ведь не просто так групповое ныряние устроил, и щупал соседей не наобум, а исключительно за пояса и голенища. Благодаря чему обнаружил у того, который на шаг впереди, в сапоге нож. И мог бы сейчас вытащить… Если б не Ворон.

Меня такое зло взяло за несвоевременную и непрошеную помощь, что я как безрассудный замолотил руками и ногами, вырываясь из захвата разбойника.

Но куда кутенку супротив матерого волка. Меня выдернули из воды, заехали кулаком в ухо и, таким простым способом призвав к порядку и образумив, направили к берегу.

Больше я не сопротивлялся. Судьбу не обманешь. Тот нож, который я хотел похитить, мне не достался. Поэтому придется довольствоваться вытащенным из-за пояса Ворона. Если сумею спрятать, пока меня не вытолкали из реки.

Не знаю, где они нарыли после такого ливня сухих дров, но не прошло и десяти минут, как на берегу полыхало три жарких костра.

Один – побольше, над ним повесили большой, ведра на три-четыре, казан. Два – поменьше. Для посидеть, погреться, обсушиться.

Вишняк, рядом с которым мы причалили, казался каким-то сказочным местом. Я не чистое дите асфальтовых прерий и каменных джунглей, бывал и в деревне и на лоне дикой природы. Да и последний месячишко только по пустыням да чащам пробираюсь.