— Как хочешь… Рано не засыпай, Алёнушка.
До квартиры я дошла спокойно. Только заходить в неё пока не спешила. Прижавшись спиной к стене рядом с металлической дверью, несколько минут просто вслушивалась в тишину.
А в квартире сейчас реально было тихо.
Не знаю, хороший это или плохой знак, но то, что мне придётся в неё зайти хотя бы ради Кати — это точно.
По времени — ещё не глубокий вечер, но родители уже должны были вернуться с работы.
Достав из кармана куртки ключ, я открыла дверь и вошла в квартиру.
Алкоголем не воняло.
Это обстоятельство позволило мне с облегчением выдохнуть.
Сняв ботинки, я стянула с плеч рюкзак, а затем куртку.
Из комнаты вышла мама и хмуро осмотрела меня с ног до головы.
— Ты где была? — строго спросила она, выглядя при этом так ровно, будто лом проглотила.
— Гуляла, — ответила я, не глядя на неё.
Опустила правую руку и красная змейка крови, будто ждавшая этого момента, скользнула к ладони и по пальцам.
— Твою мать! Алёнка! — вовремя вышел из комнаты отчим. Со злостью и страхом он смотрел на то, как в моей ладони собирается алая лужица.
— Я же говорил тебе, никуда сегодня не ходить. Какого хрена ты попёрлась в этот свой сраный универ?! Сидела бы дома! Иди смывай всё это! хули вы застыли?! Аптечку неси, блядь! — рявкнул отчим, толкнув маму в плечо. А сам ушёл обратно в комнату, где прибавил погромче телевизор.
Молодец какой…
Команды раздал.
— С тобой одни проблемы, — вздохнула мама укоризненно и пошла в сторону кухни.
Катя показалась из своей комнаты и аккуратно махнула мне ручкой.
"
"С ней всё хорошо и ладно.
Для начала я зашла в свою комнату, взяла всё необходимое для душа и только после этого закрылась в ванной.
Толстовку, всё же, заляпала кровью. Всё вещи с себя пришлось закинуть в стирку.
Сняв с раны окровавленный и съехавший на сторону бинт, я увидела, что края пореза, которые ещё утром казались мне сросшимися, разошлись. Кровь сочилась, конечно, не так сильно, как было накануне ночью, но, видимо, из-за того, что уже прошло достаточно много времени после катка, бинт и вата успели пропитаться кровью насквозь.
В комнате после душа меня уже ждала мама. Скрестив руки на груди, она всем своим видом выказывала недовольство.
— Доставай свою аптечку. Обработаю. Нашей же ты брезгуешь, — сыронизировала она, скривив рожицу.
— Плохая пародия, мам.
— Мам?! — выплюнула она злобно.
— Я же утром для тебя была просто женщиной. Забыла?
— Ты ею и осталась. Просто удобная кличка — «мам».
