Её лицо стало ещё более озлобленным, а губы и вовсе превратились в сухую белую нитку от усилия, с которым она их сжимала, чтобы не болтнуть лишнего.
— Ну, ладно, — обронила Катя недовольно после нескольких секунд нелегких раздумий. Как-то неуклюже приобняла меня за талию и пошла к выходу из комнаты. «Приятно», что мама как раз вытянутой рукой показывала в её сторону. — Спокойной ночи, — буркнула Катя и махнула мне напоследок рукой.
Мама вышла вслед за ней и не поленилась, глядя мне в глаза, тяжело вздохнуть и покачать головой.
«Чё?!» — спросила я у неё безмолвно, резко вскинув брови.
Но ответа не последовало. Видимо, я по каким-то микроколебаниям должна была догадаться, что здесь не так и почему.
Дверь закрылась. Я подошла к ней, чтобы закрыть на замок, но одёрнула руку, решив не замыкать дверь на ночь. Вдруг Катя среди ночи решит прибежать ко мне. Мало ли что её может напугать.
Открывающуюся дверь я, в любом случае, услышу. Да и отчим тихо ходить не умеет.
В квартире довольно быстро погас свет.
Последняя его полоска потухла под моей дверью уже минут двадцать назад. Но я продолжала бездумно туда смотреть. Наверное, ждала монстра, который выползет из той темной полосы и, наконец, утянет меня за собой.
Сон пока не шёл. Видимо, недавняя странная дремота всё же смогла меня взбодрить.
В комнате и, скорее всего, во всей квартире воняло жареным луком. Иногда мне кажется, что этим запахом уже пропитались не только обои, но ещё и стены. Про одежду молчу…
Запах моего дома — это жареный лук и вечно вонючая тряпка, которой протирают обеденный стол.
«Уют» в каждой нотке.
Вынув из-под подушки телефон, я встала с кровати. Неслышно подошла к окну и села на подоконник, прижав колени к груди.
Не скажу, что я ждала смс от Колесникова, но после того приятного общения с ним днём, мне хотелось бы немного пообщаться с ним и сейчас. На любую тему. Даже на пошлую, в его духе.
В глубине квартиры послышались какие-то шорохи, скрип старого дивана в комнате родителей, а затем ритмичные мерзкие шлёпки.
Вот ради чего мама поскорее укладывала всех спать.
Чувство отвращения подкатило к горлу. Сорвавшись с подоконника, я подхватила с пола рюкзак. Стараясь не воспринимать окружающие меня звуки, порылась в нём и вынула наушники. Быстро подцепила гарнитуру к телефону, вставила динамики в уши и включила первую попавшуюся песню. Погромче.
Облегченно выдохнула, вернулась к окну, снова взобралась на подоконник и приоткрыла окно на верхнее положение.
