— Вместе посмеёмся над тем, что там тебе написал друг. Ты потратила моё время, я — потрачу твоё.
По скорости, с которой одногруппники покидали аудиторию, несложно было догадаться, как они были рады, что Одинцов оставил не их.
Вика, выходившая последней, с жалостью посмотрела на меня и с неким подобием злости на препода. Но ему от этого было ни горячо, ни холодно.
Дождавшись, когда все выйдут, Одинцов подошёл к двери и проверил, насколько плотно она закрыта.
Внутренне я испугалась, что он может закрыть нас изнутри, но этого не произошло.
Он просто вернулся к столу, за который сел и начал что-то записывать в черном блокноте.
Продолжая оставаться на своём месте, где просидела всю пару, я смотрела на мужчину и ждала, когда он уже начнёт свои карательные речи или действия. Но ничего не происходило. Одинцов словно, вообще, забыл о том, что оставил меня после пары.
Судя по всему, показательная порка заключалась только в том, чтобы оставить меня на пару минут после окончания пары.
Поэтому я просто убрала тетрадь в рюкзак, зажала между пальцами ручку, которую одолжил мне Одинцов, и спустилась к его столу.
Размышляя о том, воткнуть ему ручку в глаз или просто положить на бумаги, я смотрела на русую челку, занавесившую ему лоб и ждала, когда он уже хоть как-то на меня отреагирует.
— Не советую, — выронил он, ни на мгновение не оторвавшись от блокнота, продолжая что-то записывать ровным почерком.
— Что? — не поняла я.
— Втыкать эту ручку мне в глаз не советую. Понимаю, желание велико, но, Мельникова, но… — покачал он головой каким-то неозвученным мыслям и, наконец, соизволил поднять на меня взгляд светлых глаз.
Медленно просканировал меня от глаз до пояса джинсов и обратно.
— Говорите уже, — не выдержала я.
Господи, как мне сейчас хотелось убежать отсюда. Лучше бы он и дальше смотрел в свои бумажки, чем на меня.
— Что говорить?
— Не знаю, — пожала я плечами. — Ради чего-то же вы меня оставили?
— Трачу твоё время, — бросил он легко и непринужденно. Может, идея воткнуть ручку ему в глаз не так уж и плоха? — Ещё пары есть? — вопросил он, откинувшись на спинку стула.
— Да.
— Оставь ручку себе. Пригодится."
"— Спасибо, но я у друга возьму.
Пусть не забывает о нём. Конечно, за помощью к Колесникову я не побегу, но в качестве временного прикрытия хотя бы на словах его персона вполне подойдёт.
Одинцов лишь лениво усмехнулся. Не совсем понятно, с издевкой или это ему так весело?
Он подкинул ручку, что была в его руке, и тут же её поймал.
