Сахар со стеклом

Ну не могла, просто не могла я ей рассказать о том ужасе, который испытала только что, показать своё заплаканное лицо, когда с такими надеждами уезжала. Увижу сейчас улыбчивое, родное лицо подруги, и раскисну ещё сильнее. А этого допустить нельзя, мне понадобится много сил, чтобы выжить в этом аду.

Я свернулась в клубок и забылась тревожным, болезненным сном, даже не надеясь, что пробуждение принесёт облегчение.

* * *Спала остаток дня и всю ночь и проснулась от того, что стуча ли в дверь. Сердце замерло, но потом я решила, что сводному брату незачем приходить ко мне, и выдохнула.

– Янок, – позвала мама из-за двери, – вставай, соня, хватит дрыхнуть. Нам пора ехать в центр.

Протерев глаза, я потопала к двери и отперла замок. Мама стояла с иголочки одетая, с уложенными волосами, идеальным макияжем и жизнерадостно улыбалась.

– Доброе утро, ягодка, к тебе можно?

– Конечно, – я отошла в сторону, впуская маму в комнату. – Мам, не называй меня ягодкой, мне уже не пять лет.

Прозвучало как-то обвиняюще, и во взгляде матери я заметила проскользнувшую грусть, смешанную с чувством вины.

– Прости, – прошептала я и обняла её.

Мы пытаемся заново отстроить отношения, так что незачем бередить раны.

В торговый центр нас отвёз водитель хозяина дома, потому что Виктор Андреевич решил работать дома и ещё с утра заперся в своём рабочем кабинете. Сказал, что обойдётся без маминой помощи, так что мы могли не спешить.

Большой город показался мне впечатляющим. Когда мама говорила, что жизнь там кипит – она не шутила.

Она бурлит, течёт бурным потоком, захватывая и увлекая. Я, конечно, не из глухого села приехала, но такое многоголосие поразило. Шум сотен машин сливался в один, поднимаясь непрерывным гулом, свистом, шелестом шин и звуков клаксонов.

Мы остановились возле огромного стеклянного здания, расположенного напротив крупного перекрёстка. Видно была, как замирает река машин, повинуясь сигналу светофора, и два потока пешеходов срываются навстречу друг другу.

Люди, машины, музыка из залов кафешек и магазинов – всё сливалось в единую феерию, поражая суетностью жизни.

– Дочь, чего зависла? – весело спросила мама, приобняв меня за плечи. – Добро пожаловать в большой город. Нравится?

– Да, – я была ошеломлена знакомством с мегаполисом, – думаю, да.

– Тогда вперёд."

"Мы, взявшись за руки, отправились в огромный, кишащий торговлей улей. Мама чувствовала себя тут как рыба в воде. Привыкла за десять лет уже.