— А платить кто будет за две комнаты? Я? – голосил он так, что слышно было, наверное, в соседнем доме.
— У неё оплачено… - я хотела блефовать, намекая, что знаю про оплату.
— Вчера закончилась плата. И у тебя тоже сегодня закончилась! – он пытался протиснуться, но моё выставленное вперёд колено намекало ему на некоторую остроту.
— Сейчас я заберу вещи Норы и перенесу в свою комнату. Оплачу ещё неделю. А теперь убирайся и не пугай детей! - прошипела я в его отёкшее, бурое от вчерашнего возлияния лицо.
— За троих надо три монеты! – не унимался он.
— Две! Они маленькие. Что-то я не вижу тут очереди из желающих поселиться. А мы можем уйти в другой дом. Сейчас полно пустых комнат. Так что две! – я пыталась отвоевать себе еще одну монету, потому что, если быть поэкономнее, на неё можно было прожить втроём целую неделю.
— Ладно, неси монеты и освобождай комнату! – велел Марко.
Я отдала две монеты. Буквально оторвала от сердца. Как жить дальше, было пока непонятно. Да еще этот чертов Лео. Неужели он просто решил не возвращаться? Мог бы предупредить.
Или же он не потерялся совсем, а должен вот-вот появиться в компании моего братца? Мог ведь братец объявить вознаграждение за поимку «любимой» сестрицы?
Думать о дурном не хотелось. Бежать? Это хорошо, если ты один. А когда в тебя вцепились две пары маленьких ручек… Я ведь не изверг, чтобы оставить малышей на улице? А с собой тащить в неизвестность – ещё хуже.
До обеда мы с Марти перенесли все их вещи в мою комнату, и она моментально обрела вид обжитой: пелёнки на верёвках, огромная ванна – лодка, в которую тут же забрался Луис.
Полный шкаф одежды, половину из которой я бы выкинула прямо сейчас.
Потом мы плотно поели, ведь завтракать нам было некогда. И отправились к лесу. Дети там прекрасно занимают себя сами, а у меня появится возможность в тишине обдумать все обстоятельства, свалившиеся на мою голову.
К озеру мы не пошли. На краю леса, видимо, всегда болтались дети: тут и там торчали шалаши, собранные из веток. Вытоптанная полянка тоже говорила о востребованности этого места.
Пока мои подопечные изучали шалаши, пытаясь обустроить один из них под домик, я присела под деревом и, наблюдая за ними, обдумывала, как жить дальше.
Даст Бог, Нора встанет на ноги. Но ведь и работать она сразу не сможет! Даже если я оставлю ей все свои припасы, им просто не хватит даже на пару недель.
Пойти работать? Да здесь, судя по всему, полученных денег хватало лишь на то, чтобы поесть и оплатить крышу над головой.
