Самец причесанный

Сармы Дандаки, привязывая к веревкам копья, пучки дротиков, мешки со шлемами и стрелами, перебрасывали их через забор и спускали вниз. Работали они слаженно, скоро от кучи ничего не осталось. Игрр положил руку на плечо Амага.

– Если все выйдет, как ты задумал, я останусь при тебе? – спросила сарма.

– Зачем? – удивился муж.

– Тебя любит богиня. Ты удачлив, и у тебя мудрая голова. Луну назад нас выгнали в Степь, велев не приходить без добычи. У нас не было даже ножей. Теперь есть оружие, а завтра будет еще больше.

С тобой я стану вождем большой орды. У меня появятся стада и свои мужчины. Я буду лежать на шкуре, а они – чесать мне пятки и ругаться, кому первому меня ласкать.

Амага шмыгнула носом. Игрр засмеялся и легко подтолкнул ее к повозке. Сарма вскочила на повозку, схватилась за веревку и перелезла через забор. К нам подошла Дандаки.

– Если мы победим, мне понадобятся воины, – сказала, вздохнув. – Сотни, считай, нет. Я смогу взять Амагу?

– Если согласится, – сказал Игрр.

Дандаки кивнула, и мы вернулись в дом.

Там обнаружилась Сани, хлопотавшая у стола. Я и не заметила, как она поднялась во двор и прошмыгнула в дом. Игрр, судя по его лицу, тоже. Кварта повела глазами, и Игрр, догадавшись, отвел ее в сторону. Я подошла.

– Нас ждет лодка, – шепнула Сани.

– Как ты успела? – изумился Игрр.

– Первым делам пошла к пристани, – сказала кварта. Я подумала, что всякое может случиться, а лодка не помешает. Я знаю дом, где живет рыбачка. Постучала, разбудила ее, посулила десять золотых.

Ее лодка и двух не стоит! Она так обрадовалась! Пообещала положить сеть для рыбы, провизию и шкуры, чтоб укрыться. Она ждет нас у пристани.

– Сани! – воскликнул муж.

– Потом пошла к караван-сараю, – продолжила кварта. – Меня остановил разъезд, но я показала тамгу, и меня пропустили. Даже спрашивать ничего не стали. В караван-сарай не хотели впускать, но за золотой согласились. Итого я истратила одиннадцать. Остальные – вот!

Сани протянула мешочек.

– Даже не подумаю брать! – сказал муж и расцеловал кварту в щеки.

Сани зарделась и потупила взор. Мы перекусили и поднялись на чердак. Там Игрр, используя кинжал, вытащил одну из черепиц, просунул в дыру раструб буцины, прижав ее другой черепицей.

– Вот! – сказал, отступая. – Остается только дунуть. Справишься?

– В бою от тебя проку мало.

– Игрр! – испугалась я. – Зачем? Это не наша война!

– Увы, любимая! Если у нас не выйдет, то тебя убьют, а меня потащат в дом победителя.