Самец взъерошенный

– Попасть в руки сарм все равно что умереть, – возразила нотариус. Было видно, что ей неловко. – Так гласит закон Рома. Согласно ему старший декурион мертва, и надлежит распорядиться ее наследством. Два месяца тому Виталия взяла заем под залог. Позже долг перекупил храм. Я здесь, чтобы ввести нового владельца в право собственности. Это, прежде всего, дом…

Я глянул на «кошек». Те отвели взоры. Вот, значит, здесь как. Быстро!

– Я муж Виталии и могу взять на себя выплату долга.

– Нужно согласие заимодавца, – нотариус глянула на Лавинию.

Та презрительно фыркнула.

– Хорошо! – сказал я, сам удивляясь своему спокойствию. – Сейчас соберу вещи и уйду.

– Не спеши, красавчик! – ухмыльнулась Лавиния. – Твой контракт – тоже имущество, и принадлежит нам.

Я глянул на нотариуса, та кивнула. Подстроено! «Виталия чувствовала…» – мелькнула мысль.

В доме я разыскал пенал и, вернувшись на улицу, протянул его нотариусу.

– Виталия Руф, старший декурион алы «дикие кошки», проживающая в собственном домусе на улице Помпеянской, будучи в здравом уме и при памяти, по собственной воле прекращает контракт с пришлым по имени Игрр, даруя ему свободу, – прочла старушка.

 – Подписано ею собственноручно. Засвидетельствовала нотариус Веттилия Фавн. Это подпись Веттилии и ее печать, – закончила нотариус. – Все правильно. Пришлый Игрр, ты свободен!

Лавиния вырвала у нотариуса пергамент и впилась в него взором.

– Это незаконно! – закричала, бросая документ. Я подобрал его и спрятал в пенал. – Виталия не имела права распоряжаться заложенным имуществом!

– Она не закладывала контракт, – возразила нотариус.

 – Виталия приобрела его после того, как взяла ссуду, и расторгла до момента признания ее умершей. Ты не права, госпожа!

– Благодарю! – сказал я.

Лавиния оглянулась на стражей. Те шагнули вперед. «Кошки» зашипели и схватились за рукояти спат. Стражи замерли, растерянно глядя на Лавинию.

Я скользнул в дом. Там торопливо побросал в сумку туники и набедренные повязки. Сверху положил тяжелый кошель с золотом. Последний взнос храму мы заплатить не успели – вот хрен им теперь! Трофейные меч и кинжал сунул за пояс.

Машинально защелкнул золотой браслет на запястье – пригодится. Не много у меня имущества… Подумав, я открыл сундук с одеждой Виталии и достал свадебный наряд. Пусть храмовая сучка заберет что угодно, но это ей не достанется. Несколькими взмахами меча я превратил багряную паллу и накидку в груду лохмотьев. Подавитесь!

На улице я демонстративно достал из сумки тяжелый кошель.