Самец взъерошенный

Я стал обладателем бронзовой жаровни с двумя отверстиями под донца котлов, проще говоря, переносной плиты. Еще наличествовал котел и приличных размеров бронзовая сковородка, деревянные миски и блюда. Корзина угля с заботливо вложенным внутрь огнивом. Провизия занимала целый мешок. Я с полчаса раскладывал покупки на столе, как вдруг спохватился. В полдень девчонок надо кормить, а у меня не готово!..

В том, что с Недотрогой что-то не так, я убедилась, когда Руфина скомандовала обед. Центурия рассыпалась по контуберниям, и ожидавшие этого дежурные повели их кормить.

Недотроги не было. Мы отошли в сторонку и сели на траву. Есть хотелось зверски. Девчонки хмуро поглядывали на меня, и нетрудно догадаться, о чем они думали. Назначила растяпу дежурным! Да он хлеба приличного не сможет купить! Схватит какие-нибудь черствый. Что они умеют, пришлые? Хотя сейчас я бы и сухарь погрызла…

– Едет! – внезапно сказала Воробышек и указала рукой. – Вон!

– Извини, декан! – закричал Игрр, подскакав. – Не успевал. Пришлось одолжить на конюшне одра, – он похлопал лошадку по крупу.

 – Зато еда теплая.

Соскочив на траву, он вытащил из мешка льняную скатерть (и где только взял?), расстелил и высыпал на нее какие-то светлые комки.

– Это что? – с подозрением спросила я.

– Ну… – Он почесал в затылке. – Даже не знаю, как назвать. Времени было мало, соорудил наспех. Вечером накормлю вас по-настоящему. Берите! Это сытно.

Спрашивать я не стала. Во-первых, ела. Во-вторых, угощение Игрра девочкам явно нравилось. Если на ужин случится пустая каша, не обидятся.

После такого-то обеда…

Насчет сытости Игрр оказался прав. Девчонки отваливались от скатерти одна за другой. Последней сдалась Воробышек – самая прожорливая не только в контубернии, но и когорте. Ну, так она у нас и самая большая. Громко рыгнув, Воробышек счастливо улыбнулась и упала на спину. На скатерти сиротливо остался последний комок. Никто на него даже не смотрел.

– Что это вы едите, а?

Я недовольно подняла голову. Помело, она же Попея Квинт, дочка сенатора из пятого контуберния.

Первая сплетница претория! Носатая, тощая и омерзительная. В когорте ее терпеть не могут. Помело стояла, жадно поглядывая на оставшийся комок. Нет уж! Жуй свои сухари!

Игрр взял и протянул попрошайке еду. Богиня-воительница, зачем? Эта сплетница разнесет, чем нас кормят!

Помело схватила угощение и жадно впилась в него зубами. Глаза ее изумленно расширились. Еще бы! Издав восторженный вопль, попрошайка умчалась, даже не поблагодарив.