Сами мы не местные

— Уезжайте, капитан, — встревоженно говорит Эцаган, косясь в сторону дороги. — Вы же знаете, как они всегда…

Азамат недолго молчит, потом произносит:

— Что делать — это не вопрос. Я не могу допустить, чтобы Лизе пришлось прятаться всю жизнь. Пора уже поставить этих обезьян на место.

Я слышу согласные выкрики со всех сторон, даже из глубины толпы, хотя Азамат говорил негромко. Я чувствую, что он кивает у меня над головой.

— Все, кто хочет ко мне присоединиться, приходите сюда завтра в это же время. Ирнчин, у тебя тут где-то рядом унгуц припаркован, так ведь? Одолжишь? И коня припрячь, а то он приметный.

Азамат доводит меня до синенького двухместного унгуца, складывает в багажник мои мешки и седло, а Пудинга на верёвочке передаёт хмурому Ирнчину. Мы взлетаем. Я пытаюсь помахать рукой, но она плохо слушается. Над городом мы не пролетаем, нам в другую сторону, но издалека мне мерещится там какое-то неприятное шевеление. Стаскиваю промокшую от крови кофту — всё равно в унгуце тепло — и заталкиваю под ноги.

— Азамат, — говорю, с некоторым трудом ворочая языком. — Что теперь будет?

— Тебе всё-таки придётся пожить в своём доме, — хмыкает он. — А я пока обеспечу, чтобы у джингошей появились другие проблемы, чем тебе мстить.

— А что по муданжскому закону полагается за убийство?

— Джингоша? — Азамат даже поворачивает ко мне голову. — Формальный выговор за то, что его дружки попортят хозяйство соседям. Впрочем, после того, как мы пообщаемся с этими дружками, Старейшины, скорее всего, поленятся тебя отчитывать.

— Но они, в смысле, джингоши… никого не убьют из-за меня?

— Могут и убить, — пожимает плечами Азамат, снова обращаясь к ветровому стеклу. — Но они в любой момент могут кого-нибудь убить. Ты не переживай, я это так не оставлю.

— Ты будешь с ними воевать?

— Естественно. Да мне не привыкать, Лиза, чего ты так нервничаешь? Всё будет хорошо.

Тон у него спокойный и весёлый, но мне что-то плохо верится, что победить джингошей так легко. В конце концов, они тут уже двести лет сидят.

Хотите сказать, до сих пор никому в голову не приходило их отвадить? С другой стороны, мне вполне очевидно, что Азамата не отговорить. Тут и затронутая честь, и азарт, и старые счёты… В общем, зарезанный мной джингош — скорее повод, а не причина. А я могу только тихо сидеть и не мешаться под ногами.

— Азамат… — зову тихонечко. — Ты только это… если что случится, сразу ко мне. А то этот ваш целитель…

Азамат снова косится на меня, потом что-то прикидывает в уме.