— Ни мужа, ни соседок по квартире, — констатировал Зак, подливая ей вина, — значит, тебя никто не ищет, никто не беспокоится о том, что ты задерживаешься?
— Я уверена, что ищут и беспокоятся, причем очень многие.
— Ну кто, например?
— Например, мои родители. К этому времени они уже наверняка сходят с ума и обзванивают всех, кого только можно, расспрашивая обо мне. Причем первый человек, которому они позвонят, будет мой брат Тед. Кроме того, меня ищет Карл. Ведь я уехала на его машине. Можешь не сомневаться, что сейчас уже все поставлены на ноги.
— Твой брат Тед — это тот, который строитель?
— Нет, — насмешливо ответила Джулия. Теперь пришла ее пора забавляться. — Это тот, который шериф. Его бурная реакция была приятна Джулии.
— Шериф?! — Зак сделал большой глоток вина и саркастически поинтересовался:
— А твой отец, я полагаю, судья?
— Нет, он священник.
— О Господи!
— Ты обращаешься по адресу. Именно Господь — его непосредственный начальник."
"— Из всех женщин Техаса, — с мрачным юмором продолжал развивать эту тему Зак, — я умудрился похитить сестру шерифа я дочь священника.
Представляю, какую шумиху поднимут газеты и телевидение, когда узнают, кто ты такая.
Приятное чувство того, что теперь и ему придется немного поволноваться, пьянило больше, чем вино. Кивнув, она радостно подхватила;
— Все законопослушные граждане будут охотиться за тобой с ружьями и собаками, а богобоязненные — молиться о том, чтобы тебя побыстрее поймали.
Потянувшись за бутылкой, Зак долил себе остатки вина и залпом выпил.
— Это очень обнадеживает, — мрачно сказал он. Но чувство собственного триумфа очень быстро прошло, вытесненное сожалением об исчезновении той веселой легкости, с которой начинался их разговор. И Джулия судорожно пыталась придумать что-то, что могло бы ее вернуть, но не придумала ничего лучшего, как спросить:
— А что у нас на ужин?
Этот вопрос прервал не очень радостные раздумья Зака, и он снова повернулся к плите.
— Ничего особенного, — ответил он Джулии. — Кулинар из меня никудышный.
Чтобы хоть чем-то занять себя, пока он заканчивал приготовление ужина, она стала рассматривать его широкие плечи и спину, обтянутые черным свитером. Они были удивительно мускулистыми, как будто он специально накачивал их на индивидуальных тренажерах. Тюрьма. Джулия где-то читала о том, что в нее действительно попадает очень много невинных людей, и она внезапно почувствовала, что ей очень хочется, чтобы Захарий Бенедикт действительно оказался одним из них.
