Он убил ее совершенно хладнокровно, вместе с еще не рожденным, невинным младенцем, которого она носила в себе! Вы так же, как и я, так же, как и сотни тысяч других людей, знаете, что он сделал это. Но страшен даже не столько факт самого преступления, сколько то, как именно это отвратительное, гнусное убийство было совершено. Чтобы придумать такое, нужно быть абсолютно хладнокровным и бездушным чудовищем. — На этом месте Петерсон перестал гипнотизировать присяжных и начал расхаживать взад-вперед, в который раз обрисовывая перед присутствующими картину гибели Рейчел.
— Захарий Бенедикт убил свою жену не во внезапном приступе ярости, как это мог сделать другой на его месте. Нет, это не для него. Он терпеливо ждал своего часа. Ждал почти сутки, думая только о том, чтобы закончить свой драгоценный фильм. А избранный им способ убийства настолько хладнокровен и циничен, что я просто не нахожу слов, чтобы охарактеризовать того человека, который его изобрел! Вместо безобидного холостого патрона он заряжает пистолет разрывной пулей, а потом в последнюю секунду меняет сценарий так, чтобы была убита именно его жена, а не Энтони Остин.
Алтон сделал очередную драматическую паузу и снова схватился за перила.
— Господа присяжные, я не делаю голословных утверждений и не занимаюсь досужими домыслами. Вы сами слышали показания свидетелей, которые подтверждают каждое мое слово: в день убийства, пока вся съемочная группа обедала, Захарий Бенедикт отправился в конюшню якобы для того, чтобы проверить, все ли готово к съемкам.
Многие видели, как он входил туда — да он и сам это признает, но никто не может сказать, что именно он там делал. Может быть, менял что-то в декорациях? Но все осталось на своих местах. Господа присяжные, и вы, и я прекрасно знаем, что он там делал? Он менял безобидные холостые патроны, которыми незадолго до этого ассистент режиссера лично зарядила пистолет, на смертоносные пули.
Хочу еще раз напомнить вам, что на пистолете обнаружены отпечатки пальцев обвиняемого. Нет никакого сомнения в том, что они попали туда чисто случайно после того, как Бенедикт тщательно вытер пистолет. Но даже после того, как все эти зловещие приготовления были сделаны, он далеко не сразу довел свое мерзкое дело до конца, как это сделал бы на его месте обычный убийца! Отнюдь.
