Все, чего я прошу от вас взамен, — это веры в меня и, конечно, в собственные силы.
— В вас-то я верю, — рассмеялась Пегги Листром, вставая и собирая тетради и карандаши. — А вот что касается себя, то здесь все немного сложнее.
— От вас ли я это слышу? — с притворным удивлением спросила Джулия. — По-моему, не далее чем на прошлой неделе вы хвастались, что уже можете прочитать названия некоторых улиц.
Пегги расплылась в улыбке и потянулась за ребенком, мирно дремавшим на соседнем стуле. Но ее слова немного насторожили Джулию, и она решила еще немного подбодрить своих подопечных.
— Перед тем как мы расстанемся до следующей недели, давайте еще раз вспомним, почему вы все-таки решили научиться читать. Розали, может быть, вы начнете?"
"— Ну, у меня все очень просто. Мне надоело зависеть от пособия, и я уже давно хочу поехать в большой город, где много работы. Но до сих пор я не могла этого сделать, потому что для приема на работу нужно заполнить анкету. Кроме того, не умея читать, я не смогу получить никакой приличной работы, даже если мне каким-то чудом удастся написать заявление.
Еще две женщины были полностью солидарны с Розали, и Джулия обратилась к Паулине:
— А вы, Паулина? Зачем вы хотите научиться читать? Робко улыбнувшись, женщина застенчиво проговорила:
— Я бы очень хотела доказать мужу, что он не прав. Что я совсем не так глупа, как он говорит. И кроме того… — Паулина окончательно засмущалась и запнулась.
— Кроме того? — мягко подсказала Джулия.
— Кроме того, — решительно закончила Паулина, — я бы хотела иногда помогать моим детям с домашним заданием.
Джулия перевела взгляд на Дебби Кассиди, тридцатилетнюю шатенку с длинными прямыми волосами, выразительными карими глазами и сдержанными манерами. Ее вечно странствующие родители постоянно переводили девочку из школы в школу, до тех пор пока та не отстала настолько безнадежно, что в пятом классе вообще бросила учебу. Дебби особенно интересовала Джулию. Эта молодая женщина, несомненно, обладала прекрасными способностями и недюжинным творческим воображением.
Она работала горничной, но своими манерами и правильной речью скорее напоминала образованного библиотекаря.
— Если я наконец научусь читать, то первым делом осуществлю свою давнюю мечту, — смущаясь, сказала Дебби.
— Какую? — улыбаясь, спросила Джулия.
— Вы, наверное, будете смеяться, но я хочу написать книгу.
— Мне бы и в голову не пришло смеяться над вами, Дебби, — мягко возразила Джулия.
— У меня должно получиться.
