Самогонщик против армии США

Им обвязали сундук, а затем, перевалив через узкий подоконник, выпихнули его в окно.

Канат натянулся, заскрипел. Снаружи раздались предостерегающие крики. Наконец, сундук вроде бы опустился на булыжники, стук прозвучал именно такой. Верёвка упала. А на разгрузке Джен запищал вызов уоки-токи.

Инесса стояла близко и разобрала почти всё, что говорил вызывавший.

— Джен! Это Фаи. Скажи, мой контракт с Питом как начальником отряда — ещё в силе? Я — ваша?

Всегда невозмутимая и самоуверенная, американка опешила. Вместо ответа спросила:

— Рация у тебя откуда?

— Спёрла у Гоша.

Они такие беспечные! Внимание целиком отдано вам. Мне бы человек шесть-семь из Кароссы в помощь, за ночь вырезали бы всех. Включая самого Гоша.

— В одиночку ты не справишься…

— Смотря с чем. В общем, ночью ждите. Там обсудим. Я могу много. Но мне важно знать, кто, за что и когда заплатит.

Рация смолкла. А в душе у Инессы поднялась паника. Если у американской парочки в городе появится тайный сообщник, позиция Георгия Михайловича ухудшится страшно…

Было бы это до ужина, исхитрилась бы написать и прикрепить к корзине записку.

Авось обнаружат и прочтут. Значит, нужно сделать утром, когда мерзавка уже заберётся во дворец. Как проникнет? Похоже, Фаи знает способ.

Тут она спохватилась, что от волнения упустила самую главную деталь. Рация украдена у самого Гоша, как сказала негодница… Значит, он вернулся! И что-то наверняка придумает.

В любом случае, развязка приближается.

Пусть у Пита и Джен появился тайный агент в городе. У Георгия Михайловича тоже есть свой человек во дворце.

Она, Инесса Петровна. Остальные просто ждут своей участи.

Только как ему сообщить, как помочь, скоординировать действия? Рации красть не обучена, лазить с крыши по верёвке — тоже.

Эти навыки не входят в арсенал необходимых умений белорусской учительницы начальных классов. К сожалению.

Проскользнув в незакрытое окно, Фаи увидела две фигуры в глубине комнаты. В руках у них угадывались автоматы.

Она на фоне окна и полного звёзд ночного неба представляла собой идеальную мишень.

Дырок делай — сколько хочешь, если не жалко патронов.

— Я вам тоже рада, сэр Пит и мисс Джен, — напрягшись и с отвратительным произношением, она повторила по-английски: — I am glad to see you.

Иностранная речь не перевелась на привычный язык Мульда. Значит, никто не слышит их разговор. В том числе — люди Гоша.

— Девочка поднаторела. Знает, наверно, кто такой Авраам Линкольн, — ответил женский голос.

Стволы автоматов не опустились.